Книга Совратить недотрогу, страница 91 – Юлия Герман

— Э, расслабься, бро. Сразу видно, Моль тебя морозит, – усмехнулся придурок, и тут же его нос встретил мой кулак. – Блядь! Ты ебнулся! – крикнул он зажимая нос, из которого брызнула кровь.

— Пит, остынь, – оттащили меня от идиота со сломанным носом.

— Конеченый! —кричал Гарик.

— Пит, какого хуя! – вырос передо мной Дэн. – Ты ж, блядь, десять минут назад улыбался как дебил на паре.

— Десять минут назад ни одна сволочь не называла мою девочку Молью, – прошипел сквозь зубы.

— О, тогда ясно, – пропел рядом стоящий Тим. – Поплыл Петя от Молениной.

— А ты это только сейчас понял? – кинул ему Дэн.

— Не думал, что там все настолько безнадежно, – усмехнулся Тим.

— Значит, так, чтобы ни один из вас, идиотов, не смел в сторону Наташи ни слова плохого сказать, ясно? – переводил взгляд с каждого по очереди.

— Ты сейчас серьезно? – фыркнул Тим. – Из-за нее сломал нос своему братану? – негодовал он.

— Наташа моя девочка. И я любому из вас зубы выбью, если услышу еще какую-то поебень, направленную в ее сторону, – тяжело дышал, с трудом взяв вверх над яростью.

— Пиздец, – фыркнул Гарик, засовывая салфетки в нос.

— Что это значит? – смотрел на меня, нахмурившись, Тим.

— Это значит, что ебал я ваш спор. Бабки уже перекинул. Можете ликовать и бухать за мой счет.

Вокруг меня повисла какая-то неестественная тишина. Четыре пары глаз уставились на меня и, кажется, даже не мигали.

— Долго еще пялиться собираетесь? – рыкнул на них, раздражаясь и желая как можно скорее найти Мотылька и утащить ее в нашу берлогу, забыв об этих мудаках.

— То есть как перевел бабки? – спросил Мик. – Ты что, серьезно соскакиваешь со спора.

— Уже соскочил.

И снова меня окружила гребаная тишина.

— Мудрое решение, бро, – достал из кармана смартфон Дэн, просматривая сообщения. – И правда, перевел, – гоготнул он.

— Какое, нахер, мудрое? – оживился Гарик. – Ты что, нас кидаешь ради какой-то дырки?

Дернулся еще раз в сторону Гарика, но меня тут же схватили за плечи с двух сторон Мик и Дэн.

— Игорь, заткнись! – рявкнул на него Мик. – А ты успокойся! Сам знаешь, он отбитый, а ты его совсем дебилом сделаешь.

Смотрел на Гарика, стоящего напротив, и думал, что еще одно слово, и никто меня не остановит. Я его просто урою.

— А теперь давай внятно и без эмоций, – ворвался в взбешенное сознание голос Тима.

— Что непонятного. Я не хочу в этом больше участвовать. Ната моя девчонка. На постоянку, усекли? – обвел всех четверых взглядом. – И, разумеется, никакого гребаного доказательства не будет. Хотите щекотать нервы, пожалуйста. Мне больше это неинтересно.

Несколько мгновений они еще молча смотрели на меня, а затем Гарик начал хохотать.

— Пиздец! – не сдерживал себя ущербный.

— Что не так? – сегодня он явно напрашивался на увесистые такие пиздюли.

— Ты реально влип! В Моленину! – ржал он.

— У тебя какие-то проблемы с этим? – сжал кулаки, снова приготовившись преподать урок.

— Никаких, совершенно! – выставил он вперед руки. – Но как она тебя уделала, – продолжал ущербный.

— Все прояснили? Еще вопросы?

— Типа все серьезно у тебя с ней? – почесал подбородок Мик.

— Серьезно, – взглянул в глаза другу. – И я не готов этим рисковать.

— Запомнил мудрость от дядюшки Дэна, – улыбнулся Рудень.

— Ты о чем? – нахмурившись, спросил его Тим. – О чем они? Кто-нибудь вообще понимает, что здесь происходит? – потер переносицу.