Книга Девочка из прошлого, страница 59 – Тала Тоцка

Демид

— Она не могла ошибиться? — Андрей хмурит брови, а я не могу успокоиться. Наматываю круги по отельному номеру, упираюсь в стену и разворачиваюсь обратно.

— Уверен, что нет. Я не стал ей показывать, насколько я охуел. Кивнул, будто в курсе. Но докторша больше ничего не стала говорить, быстро слилась и выперла меня за дверь.

— Кого тогда удочерила Покровская?

— Думаю, это очевидно. Ди Стефано понадобилось спрятать этого ребенка, они заплатили той Марии, чья дочь умерла, а затем его люди подчистили всю информацию.

Андрей согласно кивает.

— Согласен. Вряд ли этому может быть другое объяснение. Вопрос в том, кто мама этой девочки.

Меня больше интересует, почему Арина в принципе связалась с Винченцо, но это вне компетенции моей службы безопасности.

— В официальных реестрах искать бесполезно, — отвечаю. — Сто процентов, там уже все подчищено.

— Я вот что подумал, — Андрей задумчиво жует губу. — Надо выяснить, кто из докторов был на смене в ту ночь, когда умерла дочь Марии. А дальше попробовать их раскрутить.

— Хорошая идея. Пробуй.

Не успеваю договорить, как у меня вибрирует телефон.

Феликс. А этому что нужно? В последний момент вспоминаю, что у нас подписан контракт и отвечаю на звонок. Партнер же...

Но голос Феликса звучит непривычно сухо и отрывисто.

— Демид, мне нужно срочно уехать, а на ферме авария, можешь подстраховать? Арина собирается на остров, я не хотел бы, чтобы она летела сама. А у меня скоро самолет.

Я никогда не слышал такого Феликса, поэтому коротко отвечаю:

— Еду.

* * *

Когда подъезжаю к дому Арины, набираю Феликса.

— Я на месте. Есть просьба. В прошлый раз ваша охрана была достаточно навязчива.

— Понял. Я предупрежу, чтобы тебя пропустили. Я тоже сейчас буду, везу Арине документацию.

Меня в самом деле никто не останавливает, иду к дому. Уже смеркается, хотя от Убуда я долетел сюда меньше, чем за час.

Прохожу на террасу, на которой в прошлый раз сидела Арина и вдруг слышу как кто-то негромко поет. Сначала решаю, что мне послышалось, но тут же снова доносится:

— Баю-бай, баю-бай, спи, котенок, засыпай...

Замираю. Это Арина. Это ее голос, готов поклясться. Я конечно не большой ценитель музыки, но даже мне понятно, что она поет колыбельную.

Иду на звук. Третье по счету окно открыто, голос слышится оттуда.

Подхожу ближе и вижу Арину. Она сидит у детской кроватки, накрытой прозрачным пологом. Мне не видно ребенка, только маленькую ладошку, которую Арина держит в своей руке.

Становлюсь так, чтобы меня не было видно и смотрю, не в силах сдвинуться с места.

Я никогда ее такой не видел. Никогда.

Она всегда была нежной девочкой, нежной и очень ласковой. Но то, что я вижу сейчас — это за гранью.

Ее лицо наполнено такой нежностью и любовью, что у меня перехватывает дух. Она любит этого ребенка, по-настоящему любит. По какой бы причине ей ни навязали девочку, Арина не играет роль, это очевидно. Такое не сыграешь. Она привязана к малышке Дэви, в этом вся Арина.

И на миг, на какие-то доли секунды мелькает сожаление, что три года назад я не увез ее сразу после похорон Глеба. Не увез и не спрятал.

Меня бы все равно посадили. Ямпольский бы все равно убил Маркелова, Аверин внес за меня залог. Но Феликс не смог бы втянуть Арину. А я женился на ней, обязательно женился, после того как закончил разгребать все это дерьмо.