Книга Любовь не для заучек, страница 52 – Тала Тоцка

А я ничего больше не вижу кроме огромных глаз Ангелины на белом как мел лице. В них плещется настоящий ужас.

И меня накрывает.

Сейчас я тебя блядь поприветствую.

Подрываюсь, Семен не успевает обернуться, как я со спины ловлю его за шею и сжимаю так, что слышу хруст позвонков.

Он дергается, пытается меня достать, но я держу крепко, опуская руки и вынуждая Сэма встать на колени.

— Отпусти, Демон, ты охуел? — хрипит Семен.

— Сдавайся, пока я тебя суку не задушил, — цежу сквозь зубы. — И больше не суйся со мной драться. В следующий раз убью.

Отбрасываю в сторону его тяжелую тушу, толпа вокруг ревет от восторга, а я смотрю на Ангелину. Глаза все еще испуганные, побелевшие пальцы цепляются за решетку.

Откуда она вообще взялась?

Ответ стоит у нее за спиной. Артуха. Это как понимать?

Опускаю глаза ниже, его руки лежат на ее талии. Блядь, серьезно?

Спрыгиваю с возвышения, ко мне подбегает Маргарита.

— Демьян, у тебя лицо в крови, поехали обработаем. И ты помнишь, я обещала…

Не даю договорить, отодвигаю Ритку в сторону. Мне суют полотенце, вытираю лицо, и оно густо окрашивается алым. Нихера себе, вот же Семен сволочь…

— Не надо, Рит, иди, — бросаю полотенце в мусорку. Надо будет закинуться кровоостанавливающим. В машине точно есть.

— Но, Демьян! — она восклицает изумленно, а я уже не слушаю. Иду как загипнотизированный, передо мной толпа расступается, делая коридор.

Подхожу к Заучке и чувствую прилив неконтролируемого возбуждения. После боя всегда так. Адреналин зашкаливает, хочется трахаться пиздец. И сегодня хочется именно ее, Ангелину. Так хочу что яйца болят.

Плевать что она девственница. Разберемся. И плевать, что я раньше хотел. Чтобы она сама меня захотела, а я ее выебал и послал. Сейчас правда похуй.

Меня кроет от одного ее взгляда. Как так можно блядь? Чтобы одновременно хотелось и засадить, и зацеловать? А перед этим отпиздить лучшего друга.

— Пойдем отсюда, — беру за руку и тяну к выходу.

— Демон, Демон, — орет возбужденная толпа. Ангелина в страхе жмется ко мне, и в паху болезненно простреливает.

— Демьян, у тебя кровь, надо в больницу, — говорит она дрожащим голосом и тянет к лицу руку. И я в хлам. Перехватываю руку, с трудом сдерживаюсь, чтобы не засунуть ее себе в штаны.

Это пытка какая-то, а не Ангелина. Ангел…

— Идем, — говорю хмуро, — в машине аптечка. Дома сама меня полечишь.

— Нужно чтобы врач посмотрел, Демьян! Может швы надо наложить?

— Не надо, — веду ее за собой, — нельзя в больницу, Ангелина. Будут лишние вопросы, могут вызвать полицию. Они обязаны докладывать о таких травмах.

— Братуха, ты как? — нас догоняет Артур, и я опять же с трудом сдерживаюсь, чтобы не зарядить ему по яйцам.

— Зачем ты ее сюда привез? — спрашиваю хмуро.

— Я спросил, она захотела. А что? — друг смотрит с вызовом. — Ты же говорил, между вами ничего нет. Она просто твоя служанка. А мне она нравится.

— Не служанка, а помощница по дому, придурок.

— Да похуй, Демьян. Сам сказал, что не спишь с ней. Ну так уступи другим.

— Я тебе сейчас не дал по ебальнику только потому что ты мой друг, — говорю устало. — Садись в машину, Ангелина.

— Тебе нельзя в таком виде за руль, — продолжает душнить Артуха, — я тебя отвезу. Ангелина, иди к моей машине.

— Ладно, вези уже, — сдаюсь, — только заткнись.