Книга Мегги Бельведер идет по следу, или Тайна зачарованного чая, страница 67 – Каталина Канн

Я посмотрела на свои руки на коленях, моё горло сжалось от разрывающей боли и сдерживаемых слёз.

— Не могу, — мои слова прозвучали едва слышным шёпотом, но, конечно, его фейриский слух уловил их.

— Почему? — озадаченно спросил он в ответ.

— Я работала на своего бывшего мужа. А он бросил меня ради другой женщины и решил развестись. Не могу вернуться… — громко втянула воздух, сдерживая готовые пролиться слезы и быстро покачала головой. — Извините, все это не ваши проблемы.

Я спустила ногу со ступеньки табурета, чтобы подняться и уйти, но мастер Фитц вдруг прошептал:

— Подождите, Мегги.

Застыв с пылающим от смущения лицом, посмотрела на столешницу. Я точно не хотела плакать перед надменным фейри. В конце концов, он прав: он не просил меня о помощи, наоборот, воспринимал меня как досадную помеху на своем пути.

— Мне очень жаль, Мегги, — мягким тоном произнёс мастер Фитц, бросая на меня огорчённый взгляд и продолжая: — Я был с вами невероятно груб, простите. Я… не знал ваши обстоятельства.

— Всё в порядке, — растерянно пожала плечами и, послав страдальческую улыбку, добавила: — Могу понять вас, иногда я бываю раздражающей. Как бы пафосно ни звучали мои слова, мне просто больше некуда идти. Я не хочу просто сидеть и ждать, когда закончится следствие. И мне действительно хочется работать в вашей чайной. Это место притягивает меня, — бросила взгляд украдкой на притихшего Тревиса. — Как и ваш магический артефакт. Мы могли бы обсудить новые сборы чаёв и как привлечь клиентов… Мне очень хочется помочь.

Кадык на горле фейри дрогнул и его следующие слова прозвучали тихо:

— Я знаю, каково это, когда не существует места, куда можно было бы пойти. Знаете, когда я открывал «Волшебную чашку», то хотел, чтобы она стала своего рода убежищем. Место рыцарства и утонченности, восходящее к эпохе Регентства, — мастер Фитц сжал губы в тонкую линию и притих.

— Чайная прекрасна, но требуются обновления, которые шли бы в ногу со временем, — осторожно произнесла я.

Губы фейри изогнулись в усмешке, затем снова сжались.

— Я хотел, чтобы культура того времени оставалась живой. Понимаешь, Мегги? Место, где клиенты могли бы стать леди и джентльменами. Ощутить традиции и принять участие в чаепитии по традициям давно ушедшего времени.

— Я могу понять очарование эпохи регентства, — чайная много значила для мастера Фитца и была его слабостью, что было так трогательно.

Фейри вопросительно приподнял бровь и произнёс со страстью в голосе:

— Этикет и манеры тогда были важны. А сейчас, наш мир движется быстро и хаотично, сталкиваясь с миром людей, заимствуя у них новые технологии, работающие наравне с магией. Я часто тоскую по более простым, но благородным временам.

— Мастер Фитц, я тогда ещё не родилась, но разделяю вашу страсть, — я одарила его кривой усмешкой.

Фейри долго изучал моё лицо, и я передёрнула плечами, внезапно почувствовав волнение и жар.

— Спасибо, Мегги.

— За что? — не скрывая удивления, спросила у фейри.

— За то, что ты поняла и оценила чайную, — мужчина вздохнул и вернулся к разделке теста, движения его рук стали медленными и плавными, словно не он пару минут назад выбивал дух из муки. — И за то, что пытаешься спасти «Волшебную чашку». Не представляю себе, что буду делать со своим временем, если чайная закроется. Но убийство явно сыграло плохую роль в рекламе.