Онлайн книга «Падение вверх»
|
Фрол не видел ничего, только девушку под собой. Брал её жадно, ненасытно, наслаждался свежестью, даже не понимая, что сам же эту свежесть растоптал. Уничтожил!.. И вдруг громкий визг разорвал пропахший мускусом и железом воздух спальни. В дверях стояла Купава, белая как смерть. Она перевела взгляд с брата на кровать и рванула с шеи родительский амулет. Фрол не успел вмешаться, а через секунду хлопнула входная дверь. — Купава! Доченька, мы здесь! — Что случилось?.. — отец влетел в комнату и в шоке застыл: — Как ты посмел, щенок?! Что ты наделал?! Фрол, скрипнув зубами, прикрылся какой-то тряпкой. — Она сама хотела! — Лили! Лили! — Купава трясла подругу, пытаясь привести в чувство. Она отчаянно глянула на вбежавшую мать: — Почему Лилея не шевелится?.. Папа, он убил её? — Нет. Околдовал, — Тереса торопливо накрыла обнажённую девушку простынёй. — Цимон, неси зелье. Пока отец бегал вниз, Фрол почистил себя и оделся. Дурман в голове развеялся, на скулах заходили желваки. Нет, ведьмак не жалел о содеянном. Только о том, что так глупо попался. Надо было запереть дом или хотя бы спальню... — Кобель блудливый! — рыкнул отец. Тереса влила в рот девушки зелье и следила за зрачками. Прошла минута-другая, и дом Полянских огласил крик — крик полный нечеловеческой боли и ужаса. Лилею скрутило от пережитого. Измученная душа, наконец, вырвалась из заточения. Девушка корчилась от боли, от унижения, цеплялась за окровавленную простыню и кричала. Кричала до срыва голоса! Купава, отшатнувшись к стене, сотрясалась в рыданиях. Цимон с размаху ударил сына, да так, что тот отлетел к стене. Из рассеченной губы потекла красная струйка. Фрол криво усмехнулся. — Кровь за кровь! Полянский вытолкал его за дверь. — Змеёныш! Откуда в тебе столько подлости?! Тереса заплакала и прижала Лилею к себе. — Прости, девочка! Прости! А девушка не могла найти себе места. Эти минуты, проведённые в оцепенении, когда она себе не принадлежала, размозжили её, раздавили, уничтожили! Теперь Лилея металась по комнате, не в силах остановиться. Полянская рыдала и пыталась удержать, чтобы она не покалечилась, ударяясь о стены и мебель. Цимон остался в коридоре не в силах смотреть на полуобнажённую ведьму — истерзанную, окровавленную. Только глубокой ночью, обессилив, Лилея забилась в уголок и тихо стонала, не реагируя на слова и прикосновения Тересы. А та положила ладонь на её лоб и прислушалась. — Ты вся горишь! — женщина напряжённо вглядывалась в лицо девушки и вдруг закричала: — Цимон, иди сюда! А когда муж вскочил в комнату, огорошила: — У Лилеи началась инициация! На улице поднялся ветер, чёрные тучи затянули небо, где-то угрожающе пророкотал гром. Купава боялась выглянуть в окно, так страшно там было. Полянские целую ночь поили Лилею специальными зельями, пытались помочь, но к утру стало ясно, что не справятся. Тереса держала ведьму за руку, вздрагивая от пробегающих между ними магических разрядов. — Слишком много силы, — шептала она мужу. — Нужна Старшая ведьма. — О мать-Жива! Что мы ей скажем?! — Полянский до крови прикусил кулак. А девочку со спутанными чёрными волосами вдруг подбросило вверх, золотистое свечение жадно облизало тонкое тельце. За окном в очередной раз мощно прогрохотал гром. Когда Цимон вышел на улицу, гул ветра оглушил его. Ни души кругом! Все спрятались по домам. |