Книга Падение вверх, страница 42 – Татьяна Кадуцкая

— Наши заклинания мягкие, гибкие, — учила Старшая. — Мы пропускаем магию через себя, преобразуем по своей воле. Здесь важны не только слова, но и движения, положение рук.

Лилея в это время разочарованно качала головой, глядя на кресло. Пусть оно стало больше и мягче, но всё равно осталось креслом, а должен был получиться диван. Решая такие простые бытовые задачи, она училась колдовать.

В следующий раз ведьмы отправились в лес. Симона, несмотря на возраст, шустро двигалась между деревьями и колючими кустарниками. Но Лилея замечала лёгкие всполохи — значит, Старшая помогала себе магией. Она тоже попробовала. Получалось плохо и по привычке хотелось раздвигать заросли руками.

— Научишься справляться с маленькими веточками — справишься и с большим деревом, — Симона словно услышала её мысли.

Девушка понимающе кивнула и пошла медленнее, но зато успевала рассчитывать силу и направление, убирая препятствия с пути. Эти прогулки были не только тренировками. Лилея на них оживала, отвлекалась от мрачных мыслей и начинала думать о другом, у неё появлялись новые желания и цели. Однажды она задумалась и вслух спросила:

— Интересно, черника уже созрела?

И её ворон вспорхнул с плеча. Ведьма сказала о ягодах просто так, мимоходом, но когда Фир вернулся с веточкой черничника, радостно улыбнулась: фамильяр слушал её и уже выполнял некоторые просьбы.

— Спасибо, дружок! — поблагодарила она.

Ворон взлетел и каркнул, словно звал за собой. Лилея, подхватив юбку, побежала следом. В какой-то момент она увлеклась и не заметила неглубокий ров. Понимая, что не успеет остановиться и обязательно свалится в него, ведьма вскинула руки:

— P’yat!

И кустарник, росший по краям, вдруг вытянулся и перекинулся мостом на другую сторону. Девушка по инерции перебежала и только тогда в полной мере осознала, что сотворила. Обернувшись, она смотрела на зелёный мост, спасший её от падения и показавший новые возможности. На губах появилась улыбка. Вернувшись домой, Лилея рассказала всё Симоне.

— Хорошо! — похвалила та. — Но это лес, он слышит нас. В городе живого меньше. Там тебе придётся изворачиваться, протаскивать магию сквозь кирпич и стекло.

Девушка понимающе кивнула, но внутри всё бурлило от волнения.

А ночью ей впервые за год приснилась мама. В той самой съёмной квартирке, где они жили, Анелия протягивала дочери шляпку.

— Собирайся! Тебе пора!

— Куда?

Мама не ответила на вопрос, лишь улыбнулась своей знакомой мягкой улыбкой:

— Ты — Лилея Дамаскинская! Ты справишься!

На следующий день пришла Купава. Лилея как раз вышла в сад, чтобы позаниматься со своим вороном, но, увидев девушку, велела Фиру исчезнуть.

— Доброе утро! — поздоровалась подруга. — Можно к тебе?

Она теперь всегда спрашивала, подспудно готовясь, что Лилея прогонит её.

— Конечно, Купава.

— Ты хорошо выглядишь, — похвалила Полянская.

Подруга действительно выглядела лучше, почти как до… Только взгляд стал другом, подозрительным, тяжёлым, закрытым.

— Прошёл уже месяц. Симона говорит, что я в порядке, насколько это возможно… Она позволила мне пожить здесь до густаря. А потом… — девушка заколебалась, но всё-таки сказала: — Я буду поступать в Стародворскую школу. Другого выбора у меня нет. Баранганский университет, как и другие, платный, а мне надо учиться управлять своей силой. В Старом Дворе бесплатное обучение и хорошие учителя.