Книга Хозяйка класса Люкс, страница 64 – Ямиля Нарт

Среди деревьев показался свет. Мы вышли на поляну, где стояло несколько строений, вплетенных в стволы древних деревьев. У одного из них, на резной террасе, сидел старый эльф в простых белых одеждах. Его длинные серебряные волосы сливались с лунным светом, а лицо было испещрено морщинами. Он что-то записывал в толстый фолиант.

Рядом, у входа в здание, виднелась небольшая очередь из эльфов. Все они смотрели на нас с удивлением и легким неодобрением.

Я направилась прямо к старому эльфу, игнорируя очередь.

— Вы целитель? — спросила я, и мой голос прозвучал резко, почти грубо.

Эльф медленно поднял на меня глаза. Его взгляд был спокоен и глубок.

— Я друид Келеборн. А ты, дитя, нарушаешь наш покой и наш порядок.

— Моя мать умирает, — отрезала я. — Земная медицина бессильна. Я прошу вас помочь ей. Я заплачу любую цену. Золото, драгоценности, магические артефакты — что угодно.

Келеборн покачал головой, его лицо выразило легкую печаль.

— Жизнь и смерть лишь часть великого круговорота. Мы не вправе нарушать его по первому требованию.

— Это не требование! — голос мой снова сорвался. — Это просьба! Я умоляю!

В этот момент из здания вышел другой эльф, помоложе, с высокомерным лицом.

— Келеборн, не трать силы на эту смертную. У нас свои больные. Ее место в очереди, если она вообще имеет право здесь находиться.

Я повернулась к нему, и вся моя боль, страх и ярость выплеснулись наружу.

— Я не уйду, пока не получу помощь! — крикнула я. — Вы не понимаете? Она вся моя жизнь!

— Твоя жизнь коротка и незначительна, дитя людей, — холодно парировал молодой эльф.

В воздухе запахло грозой. Лириан, до этого момента молча стоявший позади, сделал шаг вперед.

— Хранительница «Междумирья» заслуживает уважения, — произнес он, и его бархатный голос прозвучал с непривычной сталью. — Ее Дом давал приют и эльфийским принцам, и великим магам. Не унижайте ее горе.

Молодой эльф презрительно усмехнулся.

— «Междумирье»? Это тот приют для отверженных, что влачит жалкое существование?

Я больше не могла слушать. Я увидела, как Келеборн снова склонился над своей книгой, явно удаляясь от разговора. Отчаяние придало мне сил. Я рванулась вперед, но молодой эльф ловко шагнул ко мне, блокируя дорогу. В тот же миг Грум-Гр, которого я не заметила в тени деревьев, издал низкое предупреждающее рычание и встал между нами, его мощная фигура заслонила меня. Лазурит, двигавшийся бесшумно, несмотря на свои размеры, оказался с другой стороны, создав непреодолимый заслон. Феи, прятавшиеся у меня в волосах, взметнулись в воздух, создавая раздражающий, звенящий рой.

На мгновение воцарилась напряженная тишина. Наша маленькая, разношерстная команда стояла единым фронтом. И это подействовало.

Келеборн обернулся. Его взгляд скользнул по Грум-Гру, по неподвижному Лазуриту, по Лириану с рукой на эфесе кинжала, и, наконец, остановился на мне. В его глазах что-то изменилось — появился интерес, смешанный с усталостью.

— Столь яростная любовь… — тихо произнес он. — Она редко встречается даже среди бессмертных. Хорошо. Я осмотрю твою мать. Не благодаря твоим угрозам, а вопреки им. Но я не даю обещаний.

Облегчение ударило в голову, словно дурман. Я кивнула, не в силах вымолвить и слова.

Вернувшись в Дом, я объяснила Келеборну ситуацию. Эльф молча кивал. Затем мы вышли через дверь прямо в больничную палату.