Книга Хозяйка класса Люкс, страница 81 – Ямиля Нарт

— Ольга, — прошипел он предупредительно.

Но я уже не могла остановиться.

— Не стесняйся, милый! — продолжала я, обращаясь к продавщице. — Мой супруг просто немного застенчив в публичных местах. А дома — о, это настоящий вулкан страстей! И да, смесь «Поцелуй пряностей» мы берем. Две упаковки!

— Ольга! — его возглас прозвучал уже отчаянно.

Но продавщица уже сияла, упаковывая наш заказ.

— Ах, какая вы очаровательная пара! Прямо как в романах! Молчаливый могущественный муж и жизнерадостная энергичная жена! Обязательно попробуйте эту смесь с жареной гурт-птицей — это нечто!

Я взяла пакет с приправами и, сияя от победы, повернулась к Арриону. Он стоял с выражением лица человека, который только что пережил самое унизительное событие в своей долгой жизни.

— Пойдем, дорогой? — сказала я, подмигнув ему.

Он молча последовал за мной, и первые несколько минут мы шли в гробовом молчании. Наконец он проронил:

— Это было... абсолютно не профессионально. И унизительно.

— О, не знала, что великий Аррион так легко смущается, — не унималась я. — Что случилось? Боишься, что кто-то подумает, что у тебя есть чувства?

— У меня нет... — он запнулся. — Это просто крайне неподобающе!

— Неподобающе? — нарочито удивилась я. — А мне показалось, ты только что был похож на юного дракончика, которого поймали за поеданием украденных из сада яблок.

Он остановился и посмотрел на меня. К моему удивлению, в его глазах вместо гнева читалось скорее озадаченное любопытство.

— Ты ведешь себя крайне странно. И почему это тебя так развеселило?

— Потому что впервые за все время я увидела, что под этой маской совершенства и холодного расчета бьется настоящее, живое сердце, — честно ответила я. — Пусть даже оно и стесняется признать, что у него могут быть «чувства».

Уголки его губ дрогнули. Казалось, он боролся сам с собой.

— Ты невыносима, — сказал он наконец с усталой покорностью в голосе.

— Взаимно, дорогой, — весело парировала я. — Взаимно.

Именно в этот момент, у прилавка с экзотическими чаями, я увидела ее. Высокую, крепкую пожилую женщину в деловом костюме, с аккуратной стрижкой. Аграфена. Она стояла, держа в руках сверток, и смотрела на меня, а на лице была горькая, извиняющаяся улыбка, прорезавшая сетку морщин вокруг глаз.

— Ольга, — позвала она, сделав шаг навстречу. Аррион насторожился, его поза стала защитной. — Просто хотела… извиниться. Если можешь, удели мне минутку.

Мы устроились в ближайшей кофейне «Ночной певчий», с уютной атмосферой, которая была заслугой хозяина заведения. Это было существо, похожее на огромного, прямоходящего пушистого кота в безупречно белом фартуке. Оно грациозно скользило между столиками, разнося на бархатной подушке крошечные фарфоровые чашки с дымящимся напитком, пахнущим корицей.

— Смотри, какой милый, — невольно вырвалось у меня, глядя, как «кот» виртуозно жонглирует тремя чашками, не пролив ни капли. — Настоящий кот-бариста.

Аррион резко наклонился ко мне, и его дыхание коснулось моего уха.

— Он принадлежит к древней расе кирин-ни. И они глубоко, экзистенциально оскорбляются, когда их сравнивают с кошачьими. На его родной планете сравнение с кошкой приравнивается к предложению сварить свою бабушку в супе и подать на праздничный ужин, или к объявлению кровной вражды. Пощади нас обоих, и не произноси при них это слово, — серьёзно прошептал он, щекоча мне ухо своим дыханием.