Книга Хозяйка уездного города 2, страница 46 – Дия Семина

Дом лишь скрипнул половицами у кабинета, где я взяла с полки несколько книг, чтобы свой досуг скоротать. В бывшей своей комнате забрала чудом оставшуюся жестяную коробку с шитьём и окончательно решилась сдать дом, надеясь, что он выстоит гусарский налёт!

Богиня и есть)))

Александра Андреевна ждёт вашей поддержки 💗.

Ей сейчас очень непросто, надо выстоять!

Эх! Всё вроде бы складывается безобидно, однако весьма опасно для моей репутации!

Я — вдова! Мужу и девяти дней нет, а уже собираюсь сдать дом залётным гусарам, мне бы к этим молодцам даже подходить не стоило.

— Ёлки-палки, лес густой! Как быть-то? Точно! Смирнов! — сама себе, да вслух отбарабанила и проблему, и её решение. Сама я ни за какие коврижки не пойду в ямскую чайную и лично с господами офицерами общаться не буду. Осталось как-то прошмыгнуть через площадь, отнести ключи Смирнову и отдать поручения на счёт аренды и платы, какую желательно получить вперёд.

На секунду стало жаль помощника, со мной гусары ещё как-то церемонились, а с простым мужиком — вряд ли будут.

С такими нехорошими мыслями вышла из дома, замки просто повесила на ручки, решила не запирать, всё равно сейчас новые жильцы въедут.

Быстренько прохожу на ту улицу, что ведёт к мосту, и замираю от неопрятного явления. Видать, быстро гусары чаю напились, стоят у моста, кони их пасутся на той стороне, а фура уже готова переехать на нашу сторону.

Мне вообще никак не обойти, не спрятаться, не вызвать Смирнова на подмогу.

Попала!

— Александра Андреевна, мы уж заждались! Так как наши дела? В поле ночевать, или распределять будете по избам? — неугомонный корнет уже переходит мост, а за ним их фургон.

— Дом есть, но я не хочу вам его сама показывать, уж извините, неженское это дело…

— Отчего же не женское. Давать кров и уют бездомному солдату, самое женское занятие…

— Сударь, вас слегка заносит, оставьте, пожалуйста, поэтику, мне, право слово, не до этих красивых слов. Позвольте пройти, сейчас дам распоряжение своему помощнику, он вас и разместит. Дом не той стороне реки, пока переходите, и, кстати, оплату вперёд, если десять человек, да на неделю, то с вас двадцать рублей.

— А двадцать пять возьмёте? — Романа Юрьевича понесло.

— Возьму и тридцать, но вам в любом случае придётся самим готовить еду, самим себя обеспечивать, обстирывать и прочее. Уж простите такие деликатные подробности.

— Нас бытом не испугать, главное, чтобы стены были… Вот ваша плата, тридцать рублей, и не переживайте, мы же не бандиты с большой дороги. Впервые за всю жизнь, нас встречают так сурово. Обычно военным рады.

В его голосе появились нотки разочарования.

— Прошу меня извинить, видимо, я не совсем расположена к радости, потому что буквально два дня назад похоронила мужа. Вот ключи…

Вишневский замер, я снова загнала его разум в диссонанс, но обмен на мосту произошёл, мне довольно большая сумма наличными, ему четыре ключа и надеюсь, не полное разочарование от качества арендованной недвижимости.

— Я возьму деньги, но если вы осознаете, что дом не такой, как вам бы хотелось, и поймёте, что там нет ни уюта, ни удобств, то я вам верну избыток платежа.

— Вы женщина — загадка. Во всём. Пока не разгадаю…

Его снова понесло в романтику, взял мою руку и галантно поцеловал, надеясь растопить сердце безутешной вдовы. Гружёная повозка благополучно переехала переправу, а над нами внезапно возник ни кто-нибудь, а сам Сомов.