Книга Змеиного царевича невеста, страница 77 – Марианна Красовская

Потрясающая! Тоненькая, гибкая, с белой нежной кожей, похожая на фарфоровую статуэтку. Кудряшки на лобке розовые, это меня особенно впечатлило. Я хочу ее до умопомрачения, никогда и ни одну женщину так не хотел, но я смогу удержать себя в руках. А вот ее, облизывающую пухлые губы и призывно раздвигающую колени, контролировать не смогу. Как хорошо, что у меня все скрыто чешуей!

— Поцелуй меня, Слав, — шепчет розовласая бестия, и я охотно подчиняюсь. Целую отчаянно, жадно, передавая всю бездну своих желаний.

А она вдруг обвила меня руками и ногами и ответила, да так горячо, что меня затрясло.

Алена

Концерт был фееричен, но то, что случилось позже за кулисами потрясло меня до глубины души. Жалкий вид Геры, странный взгляд русалки, смешки остальных… хвосты эти… короче, я перебрала от волнения. Что делать, не знаю. Истинная пара — это хорошо и прекрасно, но даже я понимаю, что великолепная Маргарита никогда не обратит внимание на довольно скромного и ничем не выдающегося Геру. Кто она и кто он? Звездная русалка и обычный чёрный змей из бедного рода. Невозможно!

Кстати, ядовитая шипучка была ужасно вкусная, зря Гера разбил ту бутылку.

Короче, я явно хлебнула лишнего, но пьяной не была. Мне просто настолько не хотелось обсуждать с Герой происшедшее, что я старательно изображала нетрезвость, шаталась, икала и хихикала невпопад. Парень же был в совершенном ауте. Привёл меня в гостиницу, сунул в номер к Зубу и смылся.

А я посмотрела на своего змея красивого и даже где-то умного и порадовалась, что у нас с ним нет непреодолимых разногласий. Мы смогли найти общий язык и даже женаты. А хвост, ну что — хвост? Это экзотично, между прочим!

А как вкусно он пах! Никакого пота, никаких резких противных одеколонов! Я химические запахи с трудом выносила, сама духами не пользовалась никогда и даже стиральный порошок выбирала без отдушки. И терпеть не могла всякие там гели для душа, разве что на ягодные и цитрусовые запахи соглашалась. Теперь-то понятно, почему. Но у Зуба был свой запах. Я не парфюмер и не скажу, что пахло от него бразильской ванилью там или лимонным табаком, или древесной росой, нет, он просто был вкусный.

А ещё у него были нежные руки и совершенно потрясающий раздвоенный язык. Я все же перепила, иначе с чего бы мне так жаждать его поцелуев? Алкоголь снес напрочь все мои принципы. Я отчаянно его хотела. Он все делал идеально: гладил, целовал, покусывал, его язык и зубы будоражили и тревожили. А когда он прикусил кожу на бедре чуть ниже ягодиц, я и вовсе застонала в голос. Хочу, хочу большего!

— Поцелуй меня!

Рваный вздох и вздрогнувшие руки окончательно свели меня с ума. Он не спорил, прильнул к моим губам так горячо и нетерпеливо, с жадностью поглощая мое дыхание, а я отвечала — как умела. Царапала плечи и шею, зарывалась пальцами в гладкие чёрные волосы, терлась об него, как кошка и требовала:

— Ещё, ещё!

Черт возьми, сейчас мне было совершенно плевать на его хвост! Тем более, он мне говорил, что с мужской комплектацией у него в полном порядке.

— Я тебя люблю, — совершенно неожиданно прошептал Зуб, приникая к моей груди.

Я застыла. Только этого мне и не хватало! Мы же друзья! Я не хочу никакой любви, меня все устраивает! И отвлекая его, я скользила ладонями вниз по его животу, раздраженно зашипев, когда нащупала гладкую жёсткую чешую. Ну как там она отодвигается? Или открывается? Или лопается? Ну где?