Книга И вырастут крылья, страница 61 – Татьяна Кадуцкая

— Тогда и ты не ругайся, чтобы у меня соблазна не было.

— Договорились.

В кабинет привели Лину. Кстати, та самая медсестра. Зарецкий кивнул ей.

— Света, спасибо! Дальше мы сами, – он присел перед девочкой. – Смотри, где твоя бабочка!

Линнель улыбнулась, увидев свой подарок на стене. Забралась ко мне на колени, пальчиком показывая на рисунок. Я согласилась с ней.

— Да, Фёдору Николаевичу очень понравилась твоя бабочка.

Крошечка прислонилась головкой к моему лбу и затихла. О чём она сейчас думала? Так хотелось узнать, услышать!

Зарецкий что-то сказал своей медсестре, потом подошёл к нам.

— Девчонки, мой рабочий день закончился. Вы не откажетесь поужинать со мной в одном удивительном месте? Уверен, так вы ещё не ели.

Я бы отказалась: не было ни желания, ни на настроения. Но Лина кивнула и… кивнула я.

Фёдор привёл нас в гоблинский зачиним (ресторан – Прим. авт.), причём аутентичный. И встречал нас самый настоящий гоблин. Я обеспокоенно глянула на дочку. Но Лина, держась за мою руку, спокойно смотрела на очень высокого мужчину с длинными, причудливо заплетенными волосами. Ни сероватая кожа, ни вертикальный зрачок не смутили её. Мы присели на циновки вокруг низкого столика. Линнель похлопала по деревянной поверхности, наверное, воспринимая всё как игру. Я посмотрела на мага.

— Откуда ты знаешь это место?

— Калина показала.

Я недоверчиво хмыкнула.

— Наша кошка – ценитель кухни гоблинов? Там же всё жирное и горелое!

Зарецкий с минуту смотрел на меня, крепко стиснув губы. Было ощущение, что он сдерживается. Мужчина быстро глянул на Линнель и подозрительно спокойно спросил у меня:

— Даш, а ты пробовала гоблинскую кухню?

— Нет, но я слышала от знакомых и читала.

— Читала… Понятно, – фыркнул маг и сказал: – Какая разница, что думают другие? Попробуй сама и сделай собственные выводы… Почему ты соглашаешься с мнением большинства?

— Я не соглашаюсь, а принимаю его к сведению.

— То есть, ты услышала и приняла к сведению, что в этом сезоне модно стричься каскадом, и сделала причёску, которая тебе совершенно не идёт?! – Фёдор насмешливо фыркнул.

А мне стало обидно! Машинально провела по волосам.

— Слушай! – взвилась я. – А сам…

— Что?

— Ухаживаешь за собой, как девушка.

Маг выгнул бровь.

— А что, мне ходить как чмо, потому что я мужчина? Тебе бы больше понравилось, если бы от меня несло потом, ногти были чёрными от грязи, с воспалёнными заусенцами? Или волосы висели отросшими немытыми патлами?

— Может, ты ещё и депиляцию делаешь?

— А ты проверь! – Зарецкий потянулся к своей рубашке.

Он что, раздеваться собрался? Я схватила его руку. Маникюра, кстати, не было. Просто аккуратные здоровые ногти.

— Бесишь!

Мужчина захохотал.

— От ненависти до любви, журавлик…

— Не дождёшься!

— А я не буду ждать!

Я не выдержала.

— Ты можешь хотя бы раз промолчать?

— Нет.

— А ты попробуй – сойдёшь за умного!

Маг покачал головой.

— Пока умные вежливо молчат, глупцы обычно правят бал. Так что нет, не буду!

Я не выдержала:

— Последнее слово всегда должно быть за тобой?

— Да.

— Козёл, ты Федечка!

— Федечка?.. – Зарецкий задумался. – А что, ничего! Мне нравится! Называй меня так, я не против!

Я поняла, что проще промолчать, иначе эта перепалка может длиться бесконечно. Нам как раз принесли сырное фондю с хлебцами, испеченными по особому рецепту. И мы занялись тем, ради чего сюда пришли, – ужином. Было вкусно!