Книга Чёрная смородина, страница 155 – Татьяна Кадуцкая

…Прошлой ночью, когда Стах уже крепко спал, я на цыпочках прокралась в его комнату, стояла в дверях и смотрела. Не знаю зачем… Не знаю, зачем пошла сегодня опять… Я шагнула внутрь, стараясь не шуметь. А волк спал, как ни в чем не бывало. Дышал тихо, размеренно, лежа в своей излюбленной позе: на спине, закинув руку за голову. Долго разглядывала его шрамы, представляла, что он чувствовал, там, на алтаре, когда паучиные челюсти протыкали грудь. Каково это, жить и понимать, что идут твои последние минуты, чувствовать, как вытягивают из тебя эту жизнь вместе с кровью?..

Едва за Люцией закрылась дверь, Стах открыл глаза. Зачем она приходила? Вариантов много. Когда женщина появилась в первый раз, волк был уверен, что она пришла попрощаться, сказать, что ничего не получится, и она уходит. Но оборотница молчала. Стояла и смотрела на него. В последние два дня Люция стала подходить ближе. Он кожей чувствовал ее взгляд. Слышал тихое дыхание, спокойный стук сердца. Женщина стояла минут десять и уходила. Что она хочет? Приучает себя к нему, к мысли, что можно быть рядом и не бояться? Мужчина тяжело вздохнул. А утром даже вида не подал, что знает о ее ночных визитах.

На следующую ночь Люция пришла опять. Он вздрогнул, почувствовав ее дыхание совсем близко.

— У тебя дрожат ресницы.

И волчица вышла.

Стах слушал… Ждал, когда она ляжет на кровать, но не услышал характерного звука, не выдержал, встал и пошел в собственную спальню. Люция сидела на подоконнике, зябко поджав пальчики на ногах. Он сел рядом, положив руки на согнутые колени. Они просидели так, наверное, минут двадцать, а то и больше, глядя на темную, слезливую ночь. Наконец, волчица обронила:

— Дождь…

Мужчина согласно кивнул:

— Весна.

Затаил дыхание, когда оборотница прислонилась к нему, положив голову на плечо. Невесомо поцеловал ее в холодный лоб.

— Не замерзла?

— Немножко.

— Принести плед?

— Нет. Уже очень поздно, пора в кровать.

— Ты босиком. Можно я отнесу тебя?

Долгая пауза с его недыханием и ее застывшими плечами. А потом Люция протянула ему руки. Стах подхватил ее, жадно вдыхая запах своей любимой женщины и даже жалея, что до большой двуспальной кровати всего пара шагов. Осторожно положил волчицу, накрыл мягким одеялом.

И уже, собираясь уходить, почувствовал ее руку на своем запястье.

— Останься…

Проснулась от чужого взгляда. С непривычки вздрогнула. На меня смотрел альфа. Он лежал рядом, подперев голову одной рукой, а другой играл с моими волосами. Я сонно моргнула, посмотрела в окно. Серая рассветная дымка.

— Уже утро. Почему ты не бегаешь?

— Не хочу, — мужчина пропустил длинную прядь золотистых волос сквозь пальцы, наблюдая, как они, извиваясь, складываются пушистой спиралькой.

Я окончательно проснулась и наугад спросила:

— А со мной побежал бы?

— С тобой?.. — улыбнулся. — Побежал бы.

— Тогда вставай!

…Я бежала следом за Стахом. Кое-где мелькали темные силуэты других волков. Старалась не обращать на них внимания, не хотела портить начало дня. Бежала быстро, по рыхлому, мокрому снегу. А альфа умчался далеко вперед и, остановившись, завыл. Волчий вой, глубокий, звучный, потянулся к небу. Что было в этом вое? Мне ли знать?

Я ждала восхода солнца, его первого луча. Хорошо, что день выдался ясный! Щурилась от яркого света, а на душе было по-весеннему светло и радостно. И когда Черный волк подбежал ко мне, я впервые встретила его спокойно, без страха и недоверия. Домой возвращались вместе, бок к боку.