Книга Сердце Снежной королевы, страница 11 – Эва Гринерс

Сырза сияла. Наряжена, как будто её саму сосватали. Скорее всего, она бы вперёд сватов побежала, если бы выбор Уайбана пал на неё. Я вздохнула, стоя в своём углу у очага.

— Ну, Аяна, называй время! — приосанился один из старейшин.

— Да-да, пора переходить к делу, — аж подпрыгнула Сырза. Она, наверное, в глубине души беспокоилась, что я опять что-нибудь выкину, и ей придётся возвращать Уайбану лошадей, монеты и чем там еще за меня расплачивались.

Уайбан смотрел на меня внимательно, без тени улыбки.

— Хочу свадьбу в середине лета, — выдохнула я. Мне показалось, или я не дышала уже долго?

Воцарилась тишина. До середины лета оставалось как минимум полгода. Всего лишь. По-моему, присутствующие готовились отпраздновать радостное событие через несколько дней.

— Сейчас, — пообещала им слащавым голосом Сырза, поднимаясь. Насколько медовым был её тон, настолько же ядом ненависти был наполнен её взгляд, брошенный на меня.

Затолкав пинками в хотон, она притиснула меня мощным мускулистым телом к стене, а затем, дернув за косу, дала затрещину тяжелой рукой. Да так, что в голове у меня как будто колокол зазвенел. Я попыталась её оттолкнуть, но эта тётка была гораздо тяжелее меня, и я попросту не могла пошевелиться под её весом.

— Уууу! Нууча проклятая! Одни беды от тебя! Вот надоедят Уайбану твои выходки, пойдёшь медведей кормить. Так и знай!

Я молчала, не считая нужным спорить с этой гадиной, а она продолжала:

— Все беды от тебя! Вся в мать! Такая же ведьма строптивая была!

Некоторые кусочки пазла тут же сложились в моей голове. Значит, отец Аяны взял в жены русскую девушку. Отсюда мои причудливые черты лица. Также стало понятно, что их обоих, скорее всего, на этом свете уже не было. У Аяны из близких оставалась только эта мегера, да еще сводные братья и сестры. Вряд ли им внушали любовь к старшей сестре.

К нам вышел Уайбан.

— Я буду говорить с Аяной, — сказал он, словно не замечая того, что Сырза держит меня за горло.

Мачеха нехотя отошла и молча скрылась за дверью.

Уайбан постоял, чуть покачиваясь, как маятник из стороны в сторону. Я ждала, что он скажет мне. Сейчас от его решения зависела моя судьба, а может быть и жизнь.

— Иди и скажи, что ты передумала, — послышался, наконец, его голос. Тон — ровный, холодный, как ледяной наст.

— Не могу, — прошептала я в ответ и закашлялась: Сырза придавила мне горло, и теперь оно нещадно першило. — Я просто не могу этого сделать. Лучше уйду. К медведям, на мороз, куда угодно…

— Глупая девчонка! — вскричал Уайбан и сплюнул. — Упрямая дикая лосиха! Мачеха тебя не пустит обратно! Ты околеешь в сугробе!

— Или так, как я сказала, или отстаньте от меня все, — я подняла взгляд на Уайбана и смотрела на него прямо и твёрдо. — Есть много желающих составить с вами пару! Что вы в меня-то вцепились?

Глаза шамана на несколько секунд округлились от изумления, я даже смогла разглядеть цвет радужки — красновато-карий. По-моему, он впал в ступор от моей дерзости и наглости. А еще, по-видимому, от глупости.

— Тьфу, дернули меня черти сговориться с Сырзой насчет тебя!

— А меня вообще кто-то спросил? — парировала я.

Уайбан озадаченно потирал подбородок с плешеватой бородёнкой. Мысль спрашивать о чем-то невесту, наверное, не приходила ему в голову раньше.