Книга Сердце Снежной королевы, страница 61 – Эва Гринерс

— Ну ладно вам, не переигрывайте, здесь никого нет, — ответила я, впрочем очень довольная.

— Я абсолютно серьёзен, — сообщил управляющий и наша процессия стала спускаться по лестнице. Я первая, а за мной вся свита — Елисей, Сонечка и наши “нинзя”.

Базар поражал масштабом и размахом. Здесь можно было купить лошадей, оленей, домашний скот, шкуры, инструменты, домашнюю утварь, посуду, продукты и многое-многое другое. Отдельно, как город в городе, располагался на базаре “китайский квартал”. Там можно было найти экзотические специи, ткани и украшения. Ароматы здесь стояли невообразимые.

Я с искренним восторгом рассматривала товары, иногда показывая Елисею Ивановичу, что мы покупаем то или это. В лавке с тканями мы застряли на целый час. В итоге Елисей Иванович велел прислать нам в гостиницу все образцы, чтобы не торчать здесь ещё дольше.

Следующим его испытанием, стал магазинчик с благовониями. Великолепные флаконы, которые сами выглядели, как драгоценные произведения искусства — с маслами, духами, мускусными натирками, лосьонами с золотой пылью, жемчужными мазями и какими-то ароматическими шариками и палочками. Отсюда в гостиницу отправился тоже целый сундук, а Елисей Иванович принялся безудержно чихать, отчего мы с Сонечкой от души веселились.

Естественно, всё внимание было приковано ко мне. Люди не просто глазели на меня, как на экзотическую птицу, а выстраивались в длинный хвост, следуя за мной, как за неожиданным бесплатным представлением.

— Можно возвращаться, думаю, на первый раз достаточно, — шепнул мне Елисей Иванович.

И мы двинулись в ту сторону, где остался наш экипаж. Настроение было прекрасным.

И тут произошло то, от чего у меня буквально остановилось сердце. Внезапно стих шум базара, исчезли люди, их лица, не стало слышно голосов.

А прямо на меня стоял и смотрел Дмитрий Клеменцов.

Я дотронулась до своего виска, чтобы убедиться, что не сплю, потом коснулась под вуалью онемевших губ.

Кроме меня никто ничего странного не заметил — то были какие-то доли секунды, которые растянулись для меня на неопределенное время.

Дмитрий был в сопровождении какого-то якута, скорее всего суземляка и незнакомого мне товарища.

Все они смотрели на меня, переговариваясь, так же, как и все вокруг.

Не отдавая себе отчета, я сделала несколько шагов ему навстречу, взволнованно улыбаясь. Впрочем, улыбки моей не было видно под вуалью.

“Он же меня не узнаёт!” — ахнула я про себя.

Елисей Иванович, почувствовав неладное, вышел вперёд и заступил мне дорогу.

— Что случилось, госпожа Мали? — спросил он, внимательно глядя на меня.

— Там человек, я знаю его, мне нужно подойти, — попыталась объяснить и обойти управляющего. Тот стоял, как скала, не пуская меня.

— Если вы знаете его, а он вас, значит нам нужно уходить отсюда. Только если вы не собираетесь открыть всем, кто вы есть, — произнес он еле слышно.

— Нет, нет… но вы не понимаете! — почти воскликнула я, стараясь, однако, чтобы меня слышал только Елисей.

— Пойдёмте, — велел он, — мы вернёмся и вы мне всё расскажете.

Понимание приходило медленно и нехотя. Взглянув через плечо Елисея Ивановича на Дмитрия в последний раз, я твёрдо ответила:

— Пойдёмте.

Развернулась, и пошла к экипажу, уже не глядя по сторонам.