Книга Хочу назвать женой, страница 50 – Виолетта Иванова

После ухода женщины Рада и Алаяна долго молчали. Потом поужинали и разошлись по своим комнатам. Алаяна долго не могла уснуть, все вспоминала атамана, как он к ней домой пришел, замуж звал. Вспоминала его глаза, в которых было столько злости, боли и отчаяния, когда он молча уходил из дома и слезы снова наворачивались на глаза. Снова в ее душе все переворачивалось. Ну зачем он к ней пришел, о любви своей говорил? Ведь не будут они вместе, да и Марьяна мстить ей будет. Ладно, если она одна пострадает, а если Раде тоже достанется? Не сможет она пережить это. Надо как-то ответить атаману, чтобы он забыл о ней, в их дом больше никогда не приходил. И пусть Марьяне своей скажет, чтобы она не мстила ей, не будет она соперницей для нее.

Она провалилась в какую-то темноту, когда ночь уже давно гуляла по городку. Проснулась Алаяна от треска и запаха гари, подскочила на своей постели, осмотрелась и тут же закашлялась, дым проникал в дом, становилось трудно дышать. За окном полыхал огонь. Она выбежала из своей комнаты, за кухонными окнами тоже бесновались языки пламени. Девушка ринулась в комнату к Раде, которая спала тяжелым сном, стала трясти ее, пытаясь разбудить. Комната матушки уже была полна тяжелого дыма. Алаяне удалось растолкать лекарку.

— Матушка, поднимайся, беда, дом горит. Нам выбираться надо, иначе сгорим.

Рада с трудом поднялась, быстро накинула на себя домашнее платье. Алаяна осмотрела себя. Она оставалась в ночной рубашке, только тапочки успела надеть.

— Алаяна, скорее одевайся, выбираться надо, — сказала Рада слабым голосом, когда прокашлялась. — Угореть мы можем.

Они быстро стали одеваться, Рада достала из потайного места все их сбережения, спрятала в кармане юбки. Дом уже пылал. Дверь оказалась запертой снаружи, кто-то подпер ее.

— Идем в каморку, там окно есть, наша последняя надежда, — сказала Рада.

Они зашли в каморку, окно которой выходило на огороды. Здесь огня пока не было, женщины выдохнули облегченно — есть возможность выбраться из дома. Алаяна схватила топор, стала выбивать раму, чтобы они смогли выбраться. Пока она расчищала им дорогу, огонь уже проник в дом, его языки лизали потолок сеней, кухни и комнат, подбирался к каморке, поджигая все на своем пути. Когда рама наконец выпала наружу, Алаяна быстро вылезла в окно, помогла Раде выбраться, которая просто вывалилась без сил из окна. Она оттащила Раду подальше от дома, где лекарка повалились не землю, не в силах стоять. Ей самой тоже было плохо, тошнило, кружилась голова и накатывала слабость. Рада лежала без чувств. Алаяна лихорадочно думала, что им делать, надо ли бежать за помощью. Но потом поняла, что пока не следует выдавать свое место, явно кто-то хотел их смерти. Вдруг убийца еще здесь, найдет и закончит свое дело. Она сидела, баюкая Раду в своих руках, как маленькую, склонилась над ней, чтобы с дороги среди кустов их не было видно.

Дом полыхал огромным костром. Скоро к ним подъехали ватажники, собрались соседи. Тушить уже было нечего. Еще немного и обвалилась крыша, поднимая столп искр высоко в небо. Потом обвалились стены, дом сгорел быстро.

Когда дом почти сгорел дотла подъехал Илья в сопровождении Богдана. Он стоял перед пожарищем и смотрел на огонь, который уничтожал остатки дома. Его лицо было бледным.