Книга Халазия, или на Земле тоже можно жить, страница 46 – Tommy Glub

Он говорит это ровно, без намёка на угрозу, но в его голосе звучит что-то жёсткое, непреклонное. Я едва слышно вздыхаю.

— Вообще удивительно, что на станции ты вообще выжила. Там же всё контролируется, — продолжает Арон, его губы растягиваются в лёгкой усмешке.

— Но не вентиляция, — пожимаю плечами я, вспоминая узкие коридоры, скрытые люки, спасительные тени.

— Да? Что ж, может быть. А может, Халазии было выгодно, чтобы вы так думали, — негромко смеётся Керн, и этот смех мне не нравится.

Я резко поднимаю голову.

— Что ты имеешь в виду? Что они знали обо мне с самого детства?

В горле пересыхает, и я нервно сглатываю.

— Не исключаю этой возможности, — Керн задумчиво смотрит на снег у себя под ногами. — Это логично. И очень даже в стиле Халазии. Особенно если ты им нужна для чего-то. Или твой брат. Или твоя мама.

— Скорее всего… Даже если ты и прав… — мои пальцы сжимают кружку с остывающим чаем. — Тогда им нужен был только повод, чтобы нас всех сделать чипированными.

— Я знаю, что если человек противится до последнего, он может погибнуть от чипа, — говорит Арон спокойно, будто рассказывает о чём-то обыденном. — Думаю, твоей маме предложили повиноваться в обмен на вашу с братом свободу.

Свободу.

Слово режет по сердцу, как нож.

— А так как на Халазии невозможно быть свободными, — продолжает он, — думаю, ваша отправка сюда была делом времени.

Я сжимаю губы, чувствуя, как в животе разливается тяжесть.

— Значит… Даже если я спасу брата… — я делаю глоток чая, но он уже совсем холодный. — Вернуться за мамой мы не сможем?

Этот вопрос уже давно звучит в моей голове, но вслух я произношу его только сейчас.

— Вряд ли, — Арон кивает.

Простое слово. Без эмоций. Но я слышу в нём то, что он не говорит вслух.

— Но ты не теряй надежды, — добавляет он тише. — Тут, на Земле, можно жить. И надежда — это всё, что у нас осталось.

Я закрываю глаза.

Надежда.

Я думала, что потеряла её ещё на станции.

* * *

Солнце медленно поднимается над нами, окрашивая заснеженный лес в мягкие золотистые оттенки. Лучи пробиваются сквозь хвойные ветви, рисуя на снегу длинные полосатые тени. Днём тучи постепенно расходятся, открывая чистое, бесконечно голубое небо. Идти становится легче, даже руки больше не хочется прятать в карманы — воздух уже не кажется таким леденящим.

Или, может, это мы уходим всё дальше, оставляя морозы позади?

Я украдкой оглядываюсь. Вдали, над деревней, до сих пор нависает тёмная пелена. Кажется, что там всё ещё холодно. Скорее всего так и есть. Здесь уже даже не так влажно, хоть и иногда лес редеет и слышен шум волн.

— Так, — внезапно Керн резко замирает.

Я едва не врезаюсь в него, но он ловко подставляет руку, не давая мне столкнуться с его спиной.

— Что? — я выглядываю из-за его плеча, напрягаясь.

И тут же слышу.

Низкий, вибрирующий гул. И тонкий, пронзительный свист.

Звук странный, тревожный, словно что-то рассекает воздух высоко над нами. И это не ветер.

— Дрон? — напряжённо спрашиваю я, переводя взгляд на небо.

— Может, ветер? — откликается Арон, но как-то неуверенно. — Давай ближе к скалам.

Мы едва делаем пару шагов, как раздаётся новый звук.

Не гул. Не свист.

Рык.

Протяжный, глухой, полный угрозы.

Я замираю, холодный страх пробегает по позвоночнику. Пальцы сами вцепляются в комбинезон Керна, ноги подкашиваются.