Книга Халазия, или на Земле тоже можно жить, страница 45 – Tommy Glub

Зимний лес на рассвете — особенное зрелище. Лучи солнца пробиваются сквозь тонкие, устремлённые ввысь стволы хвойных деревьев, прорезают снежную дымку и заставляют снег искриться, будто его осыпали крошечными осколками стекла. Хрупкая, тихая красота, которой невозможно не восхищаться. Я утопаю в снегу почти по колено, но мне не жалко. Я рада, что могу видеть это, чувствовать.

Воздух здесь свежий, ледяной. С каждым выдохом в нём тает облачко пара. Я плотнее заворачиваюсь в одежду, но не от холода — мне по-настоящему тепло, и в теле по-прежнему есть силы идти. Я не чувствую усталости. Я иду к брату. И это не может не радовать.

— Можно сделать паузу и подкрепиться, — говорит Арон.

Керн резко останавливается, и я, засмотревшись на завораживающие лучи в снегу, едва не врезаюсь в него. Он ловит меня, не давая потерять равновесие.

— Эй, обезьянка, внимательнее, — усмехается он, отпуская меня с лёгким толчком.

Арон уже роется в рюкзаке, доставая булочки, их аромат мгновенно смешивается с морозным воздухом. Я аккуратно наливаю из термоса горячий чай, наслаждаясь ощущением тепла, пробегающего по пальцам.

— Устала? — Арон прищуривается, внимательно изучая меня.

— Нет, — качаю головой.

— Ты ещё ранена, так что если что, говори. Мы теперь можем делать привалы сколько потребуется.

— Хорошо, — поднимаю на него взгляд, сжимая в руках тёплую кружку. — Но лучше бы быстрее дойти к Лиаму.

В лесу снова тишина. Только ветер качает ветви и снег хрустит под ногами.

— Это, конечно, — кивает Керн. — Просто если ты выдохнешься, не логично нести тебя на себе. Это нерациональное распределение сил. Возможно, ночи будут холодные, и нам придётся экономить силы и еду. Но едва мы преодолеем Северную границу, будет легче и теплее.

Я недоумённо моргаю.

— Мы ещё не преодолели её? — удивляюсь. — Но я думала…

— Что мы пересекли её, как только вышли из деревни? — Арон усмехается, его холодные глаза вспыхивают насмешкой.

— Да, — признаю я, чуть пожимая плечами.

— Нет, — качает головой Арон. — Мы всё ещё во владениях нашего отца. Пока ты видишь снег — это Север. Границы сейчас совсем другие. Эта часть суши поделена честно: Север, Юг, Запад и Восток. На Севере — снег и морозы, на Юге — тепло, там почти никогда не бывает дождей. На Западе — горы, на Востоке — равнины и постоянные ливни. Сейчас мы идём на Запад, он ближе всего.

Его голос звучит спокойно, но в словах чувствуется твёрдость. Это знание, которое он усвоил давно, как аксиому. Я пытаюсь представить себе весь этот мир, его сменяющиеся ландшафты.

— А ещё мы идём по краю суши, — добавляет Керн, скользя взглядом куда-то влево. — Если прислушаешься, то услышишь море.

Я задерживаю дыхание и действительно ловлю этот далёкий, едва различимый звук — глухой рокот волн. Он будто растворяется в шорохе ветра и потрескивании снега под ногами.

— Если ты захочешь остаться с Северными, — продолжает Арон уже мягче, — мы поможем тебе узнать обо всём детальнее…

Я молчу, вслушиваясь в этот новый мир. Он кажется огромным, бесконечным, полным неизвестности. И впервые за долгое время мне хочется узнать больше.

— А если нет? — я сглатываю кусочек булочки, даже не успев толком его прожевать.

Арон хмыкает, бросая на меня оценивающий взгляд.

— Если нет, твоё обучение — будет не нашей заботой.