Книга ( Не ) любимая игрушка. Сбежавшая землянка, страница 15 – НатаЛисс

— Раз ты не знаешь — ничего, это даже к лучшему. Пока ты со мной, ты будешь в безопасность.

— Вы и есть моя главная опасность! — выплевываю я, не сдерживаясь из-за недоумения.

— Снова ошибаешься, — шипит он. Я не успеваю ничего понять, как он резко оказывается передо мной и хватает за горло. — Ты ничего не знаешь об этом мире, жила на земле, а после видела лишь холодные стены лаборатории. Знаю, ты хочешь сбежать от меня, обрести свободу, но ты даже не представляешь, что ждет тебя за этими дверьми, куда ты пойдешь?

Ему слишком многое известно обо мне.

— Неважно куда, главное — я буду свободна, и моя жизнь будет принадлежать лишь мне, — решительно цежу я, задыхаясь от его хватки, но взгляда не увожу.

Его накрывает истерический смех, но в глазах пылает лед.

— Наши жизни никогда не будут принадлежать нам.

Глава X. Назови свое имя

Он говорит это таким серьезным тоном, что мурашки покрывают все тело. Однако понять истинный смысл его слов я не могу.

— Странный вы, — скрываю тревогу за усмешкой. — Неужели такой влиятельный господин тоже кому-то подчиняется?

Моя шутка не вызывает у него веселья, напротив, его взгляд становится еще мрачнее, из-за этого я ощущаю себя еще хуже, чувствую, как страх прокрадывается в каждую клеточку моего тела.

— Эльфирия была права, ты дикарка, не ведущая ни о чем, — выплевывает он мне прямо в лицо, не разжимая своих тисков.

— Так поведайте же мне, что мне стоит знать об этом мире, — раздраженно шиплю я, чувствуя, как его руки сжимают мое горло все сильнее.

Но внезапно он отпускает меня и отходит к окну. Я жадно глотаю воздух, потирая горящую шею. И чего всем так нравится душить меня?

— Если не можете объяснить законов вашего общества, хоть расскажите, зачем я вам? — с трудом выговариваю я каждое слово.

Мужчина резко разворачивается, теперь на его лице нет ни капли той игривости, которая была в начале.

— С чего я должен делиться с тобой своими планами? — суровым тоном говорит он. — Знай свое место.

От его властного голоса вся моя уверенность испаряется. Могу ли я вообще тягаться с ним в этой игре, или я уже проиграла?

— Действительно, не должны, — шепчу я. — Но уж очень любопытно. Хочется знать, как мне стоит себя вести.

На его лице вновь появляется ухмылка, а в его ледяных глазах загорается огонь любопытства.

Он медленно подходит ко мне, его шаги бесшумные, а походка грациозна, словно дикая пантера крадется к своей добыче. Я невольно вжимаюсь в кресло и задерживаю дыхание. Мужчина садится рядом, грубо хватает за подбородок, заставляя посмотреть на него, а после проводит рукой по волосам.

— Это ведь не твой цвет, — внезапно спрашивает он, словно говорит вовсе не со мной.

— От инъекций они поседели, — на автомате отвечаю я, завороженно глядя на него.

Он пропускает пряди волос через свои пальцы, и я ощущаю каждое его прикосновение. Сердце начинает биться быстрее, жар окутывает тело, становится трудно дышать.

— Но они были светлыми, — не спрашивает, а утверждает он.

Мои волосы действительно всегда были светлыми, но сейчас потеряли тот природный блеск и приятный молочный оттенок.

Когда я впервые увидела себя такой, ужаснулась. Мне хотелось сбрить свои волосы, которые я всегда считала своей гордостью, но я смогла смириться с этим, ведь главное — я все еще жива.