Книга Опальная жена Его Высочества. Право на предательство, страница 47 – Мария Вельская

— Безусловно, целитель, хоть это и не совсем ваше дело, – ответила холодно.

Я резко выпрямилась в кресле, приходя в себя. Однако Элиас Норлейн не задал больше ни единого вопроса. Только мягко улыбнулся мне, как будто я могла наброситься на него с кулаками, и кивнул своим мыслям:

— Похоже, подобная близость вызывает у вас искреннее отвращение. Не стану спрашивать почему. Вы не подвергались насилию – это всегда отчётливо видно по ауре человека, вы никогда не имели близких контактов с мужчиной. Однако, что мне не нравится, – спокойно продолжил брюнет, раскладывая какие-то разноцветные камушки на столе, – так это повышенный магический фон там, где его быть не должно. Ведь вы не маг.

Существо из тьмы – кем бы оно ни было – обещало мне силу. Но об этом я буду говорить только с кронпринцем. Наверное. Может быть. Не будь дурой, Аэри.

— Я не знаю, о чём вы говорите, нер целитель, – я заставила себя слабо улыбнуться.

— Ещё на вас отчётливые следы ментального воздействия – опосредованного. То есть действовал не маг, а зелья и артефакты. Рассеивали внимание, повышали внушаемость, сговорчивость, делали так, чтобы вы не задавали вопросов. Следов много, но помехи в ауре пока маленькие. Это всё можно исправить, вам повезло. – Взгляд целителя стал неожиданно тяжёлым.

В висках стучало. Зелья и артефакты. Рассеивание внимания. Повышенная внушаемость.

Перед глазами мелькнуло почему-то лицо Шаинь, третьей из пяти моих сестёр. До свадьбы мы с ней общались чаще всего и она горячо одобряла моего будущего мужа, даже помогала мне сбегать к нему на свидания…

— Мне подсыпали что-то в еду и питье? Воздействовали артефактами? Но артефакты для этого нужно прицепить на одежду. Вряд ли для этого подойдут короткие встречи… – Я осеклась. Нельзя. Сейчас я не имела права оговаривать младшего принца. – Я правильно поняла?

— Артефакты можно прицеплять на одежду, но если артефакт сильный, то достаточно провести рядом с человеком около часа, вливая в него силу артефакта, – Элиас Норлейн был серьёзен. – Если у вас есть подозрения… – Тон целителя стал жёстким.

— Нет, – мягко качнула головой, – подозревать – это не моя обязанность, кого-то подозревать, нер целитель.

Сердце билось в горле, в ушах шумело, хотя после всех процедур я чувствовала себя на удивление прилично.

— Вы упрямы, Ваше Высочество, – в тёмных глазах больше не было улыбки. Только тьма и колючие ветви шиповника, – тогда скажу откровенно.

Элиас Норлейн придвинулся ближе. Так, что наши колени почти соприкоснулись.

Руки у него были ледяными. Пальцы крепко сжали мой локоть, не давая вывернуться.

— Вы не просто на грани – вы за гранью нервного срыва. Не просто срыва… – мягкий запах благовоний щекотал ноздри. Вдруг показалось, что на висках и пальцах Элиаса растут маленькие тонкие пёрышки – как пух. А ногти – это длинные загнутые когти, – такое ощущение, что вашу душу сшивали нитками наживую. Ни у кого и никогда я не видел таких ментальных шрамов. Воздействие по сравнению с этим – мелочь. Я не стану спрашивать – вижу, вы не ответите. Скажу лишь одно. Мне известно, что оставляет такие шрамы. Я не могу понять только одного. Кто и когда успел вас так предать?

Лицо Норлейна оказалось напротив моего. Близко. Так близко, что раньше я бы решила – он хочет меня поцеловать.