Книга Когда мотылек полюбил пчелу, страница 279 – Пеппер Винтерс

Руна

Прошло четыре дня.

Четыре ночи без сна – я постоянно ворочалась. Четыре утра, в которые я заставляла себя есть, хотя желудок мой словно истыкали шипами.

Дарро так и не вернулся.

Погребальный костер Киввы догорел – остался лишь пепел. Его собрали, благословили и развеяли по травяному морю, пока на горизонте бродило стадо бизонов. Лида подошла ко мне, чтобы извиниться за то, что ударила Дарро в висок камнем, а я механически улыбалась в ответ. Я разговаривала и делала все возможное, чтобы стать частью племени Нил, – ведь теперь меня официально приняли в семью.

Ния и Гият держались поблизости, обнимая Натима и следя за тем, чтобы Син не влипала в неприятности. Но они мало говорили. Они дарили мне тишину, потому что знали, что она мне нужна. Когда ко мне подходили остальные, приходилось постоянно принимать добрые слова и приветствия, поздравления с тем, что я стану преемницей Солина.

Я слышала, как люди шепчут мое имя по всей деревне. Как все обсуждают мою кровавую связь с Актором. Как изучают моего духа-хранителя – начертанную на ладони пчелу.

Куда бы я ни пошла, меня тут же окружали люди. И это раздражало.

Я же не могла сказать им, что ничего такого не жду. Не хочу.

Что цена их уважения, их гостеприимства была слишком высока.

— Тебя ждет Паллен, – сообщил Солин, войдя в лупик.

Его длинные черные волосы ниспадали по спине, все еще мокрые после купания. Он спросил, не хочу ли я пойти с ним этим утром, но я решила остаться и покормить Натима.

Одна мысль о том, чтобы вернуться к реке – туда, где вода спела нам свое разрешение на прикосновения и слова, чтобы потом вырвать меня из объятий Дарро, стоило нам приблизиться, – сжимала грудь.

Что мы сделали такого, чтобы за нами следили безжалостные стихии? Почему они обратили на нас свое внимание и решили, что всегда будут держать подальше друг от друга? Прав ли был Дарро, когда сказал, что мы сами их об этом попросили?

Натим перестал лезть в чашку с вымоченным зерном, которое я для него приготовила, отряхнул шкурку и поскакал по моей ноге – я сидела у костра на мехах для сна. Ния научила меня, как кормить Натима, и теперь он заметно подрос.

Олененок уже растерял все свои детские пятна. Шерсть его стала кремовой, а не пятнистой, а шишки на голове начали превращаться в рога. Я не знала, как быстро растут олени, но рост и вес Натима заметно изменились.

— Ты слышишь меня, Руна? – осторожно спросил Солин, подойдя к полкам и убрав ряды коробок, в которых хранились вещи повелителя духов. – Паллен и ее ученицы согласились провести для тебя сегодня несколько уроков.

Я стряхнула с себя меланхолию, поднялась и выдавила улыбку.

— Куда мне идти?

— К небольшой полянке у реки, дальше по течению от того места, где проводили твой ритуал перед трансом, – схватив несколько коробок с полки, Солин направился к выходу. – Я должен совершить несколько трансов от имени клана.

Он улыбнулся так, словно в мире наконец все пришло в норму.

Что так и было.

Другие охотники – те, которых тоже покусали волки в ту ночь, когда Трал пришел за мной, – подлечились. Жизням их больше не угрожала опасность. Прощание с Киввой подарило всей деревне какое-то странное настроение для обновления.

— Через неделю или около того я расскажу тебе о том, что ты должна будешь делать как повелитель духов, – Солин вышел в льющийся в лупик солнечный свет. – Трансы, чтобы ответить на беспокоящие жителей деревни вопросы. Предсказания следующей охоты – куда лучше направиться. Гадание на погоду или новых гостей.