Книга Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти, страница 512 – Галина Гончарова

Оборотень прыснул – и тут же зажал себе рот. Смеяться сейчас значило привлечь к себе внимание. Этого ему не хотелось.

— Нет, конечно. Оборотень в глазах любого животного – просто старший родственник.

— Даже если он хищник?

— Откуда местной корове знать, что такое тигр? Я не представляю для них никакой угрозы. Вот они и не беспокоятся.

Я кивнула еще раз. Ну вот как есть китайский болванчик.

— Юля, погуляй пока тут рядышком, пока мы все осмотрим, – попросил вездесущий Вадим, заглядывая в машину. – Здесь сейчас будет очень неаппетитное зрелище.

Я окончательно подтвердила свое звание болванчика и отошла в сторону, уставившись на поле. Поле, потом лес… кто устраивает засады в поле? Удобнее же в лесу. Пусть пригородный лес – одно название, весь прозрачен насквозь, но как вообще такое могло случиться?

Что странного в этих смертях?

Я сорвала ромашку и принялась отрывать лепестки. Машины расстреляны. А кем? И как? Их же буквально изрешетили. И никто, и ничего…

Вот и первый вопрос. Почему нет свидетелей?

А почему они вообще свернули на проселочную дорогу? Я почти не знаю пригородную сетку дорог, но это и спросить можно? Нужно!

— Тимофей, Лида, – позвала я.

Оборотни тут же встали передо мной, как лист перед травой. Интересно, откуда такое словосочетание? Ладно, не до него, потом покопаюсь по энциклопедиям…

— А что, здесь другой дороги нет? Тимофей тряхнул головой.

— Сейчас вернусь.

И рванул с места. Мы с Лидой молчали, пока он не вернулся. Тигрица изучала меня, я – ее. Что тут скажешь? Симпатичная, яркая, с волосами потрясающего огненно-рыжего оттенка. Даже мне видно: стерва. И как она оказалась оборотнем? С такими обычно стараются не связываться, загрызут ведь. Любого, кто претендует на роль «хозяина». И почему-то мне кажется, если у нас будет время, мы найдем общий язык. И мне хочется нарисовать ее. И женщиной, и оборотнем, и получеловеком-полутигром. Красиво получится.

Тимофей развернул передо мной карту дорог.

— Давай на траву, – предложила я. – Мне ваша помощь нужна.

Тигры послушались, и мы втроем начали изучать карту.

— Какого броненосца их понесло на этот проселок? Что, другой дороги не было?

— Да их здесь пять штук, – ткнул пальцем Тимофей. – Как бы ни поехали, были бы у вас быстрее. А их сюда понесло. Непонятно. Заблудились, что ли?

— Или их заблудили. Но кто?

— Думаешь, они бы кому-то поверили здесь? Даже не доехав до места?

Лида ехидно прищурилась. Как есть кошка. Рыжая. Но ведь права? Права.

— Никому и ни за что. Либо они случайно, либо нарочно.

— А если пробежаться к съезду и посмотреть, стоял ли там какой-нибудь знак? Объезд, проезд… Даже если его сейчас убрали…

— Кто?

— А кто их расстрелял? Враги, конечно. Расстреляли, проехали обратно, увезли знак, но след-то должен остаться?

— Сейчас сгоняю, посмотрю. Тут недалеко.

Тимофей рванул с места раньше, чем я предложила кого-нибудь послать. Вампиров, например. Потом махнула рукой. В такие ночи у оборотней энергия в попе бродит, пусть Тимофей выплескивает ее по делу.

— Подумаем пока дальше? Лиза криво ухмыльнулась.

— Давай подумаем… госпожа.

Слово прозвучало увесистым плевком. И опять я почувствовала себя виноватой. Если бы не помогла протащить Мечислава в Князья города, оборотни-тигры жили бы без хозяина. Но все случилось так, как есть. Извиняться – да кому нужны мои извинения? Оправдываться? Но я просто старалась выжить. За это не оправдываются. Я выпрямилась. Если у нас сейчас не получится договориться, я не просто не смогу работать с Лидой – нет. Я еще и потеряю уважение тигров. Всех. В принципе. Животные рвут слабых вожаков. Помните Маугли? Акела промахнулся…