Книга Кара для предателя. Наследник бога-дракона, страница 29 – Элис Карма, Алиса Буланова

— Кажется, Прародитель послал мне дар, о котором я не просила, — произношу я, неуверенно поднимая глаза на Гутрун. — Судьбу, которой не ждала.

— Значит, вот что за искру я видела в вас той ночью, — произносит она с улыбкой.

Я кладу руку на живот осторожно, будто прикасаюсь к чему-то хрупкому. Моё тело пока что не изменилось, но в нём живёт жизнь. Тепло, которое будто откликается на прикосновение. Страх заставляет сжаться, пропустить от макушки до пят волну холодной дрожи. И всё же вместе с ним появляется странное чувство: не то облегчение, не то трепет.

— Дитя бога-дракона… — с благоговением произносит лекарь. — Жаль ваш отец не дожил до такого радостного дня. Он был бы счастлив услышать, что сам Стамфар благословил вас.

Я не нахожу что ответить. При упоминании отца на глазах наворачиваются слёзы. Мне одновременно и грустно, и очень радостно. А ещё…

— Я не знаю, как на новость отреагирует конунг Роальд, — признаюсь, закрывая ладонями лицо.

Гутрун подходит ближе и берёт меня за руку. Её пальцы тёплые и шершавые, пахнут хвоей и сушёными травами.

— Всё будет хорошо, Ваше Величество, — говорит она мягко. — Это воля Стамфара. Конунг не посмеет пойти против его решения.

Лекарь кивает соглашаясь. Он наказывает служанкам, как заботиться обо мне, чтобы облегчить моё состояние, а после прощается и уходит. Я выбираю поверить им всем, хотя бы для собственного успокоения. Впервые за последние несколько дней я чувствую не тревогу, а тихое счастье.

Мысли о будущем малыше наполняют сердце радостью. Я касаюсь ладонью живота, ощущая под пальцами едва заметную округлость. Кажется, я могу почувствовать, как пульсирует внутри меня новая жизнь — дар Стамфара, знак его воли. Каждое утро я благодарю бога-дракона за этот дар и прошу, чтобы он защитил меня и дитя от чужой злобы. Но чем больше проходит времени, тем чаще я замечаю, как всё вокруг меняется.

Прежние служанки, те, что были со мной с первых дней после свадьбы, исчезают одна за другой. На их место приходят новые — ещё более грубые и насмешливые. Они не слышали слов Гутрун и не знают, что я ношу под сердцем наследника самого бога-дракона. О чём бы я ни просила их, они делают всё нехотя, переглядываются и шепчутся, будто знают обо мне нечто постыдное.

Но страшнее всего мне становится, когда Гутрун перестаёт приходить. Я пытаюсь успокоить себя, выдумав оправдание. Гутрун ведь уже немолода и слаба здоровьем. Я надеюсь, что вскоре она появится. Но проходят дни, потом недели, и я теряю надежду. Я остаюсь одна, словно птица, запертая в клетке.

Стражники теперь не позволяют мне выйти даже в коридор. Я спрашиваю, чей приказ они исполняют, но они молчат. Всё сильнее во мне чувство, что надвигается нечто недоброе. И я не знаю, как мне быть. Мне не у кого спросить совета или искать помощи.

Когда дни за окном становятся заметно длиннее, Роальд снова объявляется на моём пороге. И хотя я знала, что однажды это случится, ведь во дворце невозможно что-то утаить от конунга, меня всё равно охватывает испуг от одного только его взгляда. Было время, когда глаза Роальда были полны тепла. Пусть не настоящего, но всё же… А теперь даже притворства не осталось — одна только жестокость.

— Что привело вас, Ваше Величество? — спрашиваю я, нервно вздыхая.