Книга Кара для предателя. Наследник бога-дракона, страница 34 – Элис Карма, Алиса Буланова

— Дроттнинг Эмма, прошу, — слуга помогает мне взобраться на край саней.

Взгляд мой сам собой скользит по чёрному савану, укрывающему что-то или кого-то. По спине пробегает холодок.

— Этот господин был уважаемым купцом из восточного графства, — тихо объясняет парень, будто стараясь смягчить мои впечатления. — Как ни печально, он замёрз насмерть, напившись вина. Теперь нам предстоит отправить его на малую родину, чтобы его близкие смогли проводить его в царство Стамфара.

От его слов мне становится зябко. Я не вижу мертвеца, но знаю, что он рядом. Приходится напомнить себе, что о моём побеге вскоре станет известно всем, в том числе и городской страже.

— Вместе с этим господином у нас будет возможность вывезти вас из столицы, — добавляет слуга в подтверждение моих мыслей. — Прошу простить за неудобство.

Я киваю понимающе и позволяю укрыть себя соломой. Парень поправляет саван, после чего забирается на место возницы. Лошади тревожно фыркают, будто и они чувствуют неладное. Секунду спустя слышится свист хлыста, и сани трогаются с места.

Полозья скрипят по накатанному снегу. Этот звук кажется бесконечным. Я замираю, боясь даже пошевелиться. Где-то вдали завывает ветер, и огоньки города мелькают над головой. Мне страшно. Страшно до дрожи в пальцах. Я рядом с тем, кто уже перешёл границу миров. Но я стараюсь быть сильной и отважной, ради своего ребенка и лучшего будущего, которое непременно настанет. Теперь я это точно знаю.

Роальд

Слухи про дитя бога-дракона расползаются по городу, как пожар в ветреную погоду, даже несмотря на то, что Эмма заперта в темнице. Мои доносчики утверждают, что слышали их от торговцев, от придворных и даже от стражи на городских воротах. Горожане воспринимают нагулянного ублюдка моей жёнушки, как какое-то чудо. Это злит меня. Кажется, весь мир сошёл с ума.

Я приказываю начальнику городской стражи выяснить, откуда идёт молва. Он кланяется мне и уходит. Возвращается лишь к вечеру следующего дня. Перехватывает меня в тронном зале и просит аудиенции. Я возвращаюсь на трон и велю ему рассказать всё, что удалось выяснить.

— Так что? Кто осмелился распускать эти нелепые слухи — спрашиваю я, не глядя на него.

— Ваше Величество, — говорит он осторожно, — всему виной старая жрица.

Я хмурюсь, вспоминая эту противную старуху. Не понимаю, как у неё всё ещё есть возможность оказывать влияние на происходящее в столице.

— Значит, это всё проделки Гутрун? — произношу я задумчиво.

— Да, Ваше Величество, — кивает начальник городской стражи. — Даже находясь в заточении, она умудряется передавать вести через стражу и слуг. Говорят, будто она пророчит скорое наказание за безумства конунга… и восхваляет непогрешимость королевы.

Я чувствую, как во мне закипает злость. Воздух в зале становится тяжёлым.

— Значит, эта дряхлая ведьма всё ещё считает, что может мне перечить?! — цежу я сквозь зубы. — Пусть тогда познает милость, которой она так упивается.

Я вызываю к себе начальника над надзирателями в темнице. Вскоре ко мне является широкоплечий дворф с лицом, иссечённым шрамами. Я всматриваюсь в его непроницаемые глаза и думаю, в курсе ли он, что одна из его узниц всё ещё сеет смуту, даже находясь в заключении. Не может быть, чтобы такое прошло мимо него. Значит, он или сам будущий мятежник, или просто продался за золото и серебро.