Книга Я преподам вам урок!, страница 20 – Tommy Glub

— Полчаса ждем. Если температура не начнет падать — повторим.

Я молча киваю, кладу ее телефон на край тумбочки экраном вверх — вдруг кто-то позвонит, сможем хотя бы объяснить ситуацию. Но никто не звонит. Тишина.

Мы оба выходим на кухню — нужен перерыв. Я ставлю турку на плиту, открываю форточку — в квартире душно, влажность от дождя проникает сразу же внутрь. Ян сидит на барном стуле, молчит, потирает запястья. Он так делает, когда нервничает. Когда поднимает на меня взгляд, вижу в нем редкую для него вещь — растерянность без примеси иронии.

— Вчера под дождем простыла? — спрашиваю, хотя мы оба знаем ответ.

— Да, скорее всего.

— Сегодня держалась до последнего. Зачем она такая упрямая?

— Дурацкое упрямство, — качает головой Ян.

Кофе получается крепким, горьким. Мы пьем молча, слушая, как дождь барабанит по подоконнику.

Через два часа ей становится лучше, телефон на тумбочке оживает. Сначала пара коротких вибраций — сообщения. В шторке уведомлений мелькают обрывки: «Мамуля», «Маруська», череда сердечек, тревожное «Ты где???». Смотрю на Яна — он закусывает губу, но не двигается с места. Мы не ее семья, не друзья даже.

СОмневаюсь, что мы можем подружиться с ней.

Беру телефон, смотрю в экран — новые сообщения от контакта «Соседка»: «Ты живая?», «Маш, отзовись», «Начинаю волноваться».

Первый входящий звонок — «Руслан». По какой-то странной логике решаю ответить. Включаю громкую связь.

— Алло?

— Маш? — молодой мужской голос, слегка пьяный. — Ты где, черт возьми? Чего ты не отвечаешь на сообщения? Я тебе там такое скинул…

— Это не Маша. — Говорю максимально нейтрально. — Ей плохо, высокая температура. Нужно отвезти домой. Скажи ее адрес.

— А ты кто вообще такой? — в голосе появляется агрессия. — Мы тут с пацанами за городом зависли, пиво, шашлыки, все такое. Мне сейчас не до этого. Пусть сама как-нибудь… Или вы там… Короче, потом разберемся. Как обычно, блять… Одни проблемы… Она может не создавать проблемы, а?

— Ей нужна помощь сейчас, а не потом, — мое терпение заканчивается. — Адрес.

— Слушай, мужик, мне реально некогда. Потом перезвоню, ок?

Короткие гудки. Смотрю на погасший экран и чувствую, как внутри поднимается холодная, острая злость. Ставлю телефон на беззвучный и почти сразу — новая вибрация: «Сестренка». Звонит настойчиво, раз за разом.

Возвращаюсь в спальню. В полумраке вижу, что Маша пошевелилась — лежит на боку, ресницы дрожат. Глаза приоткрыты, но взгляд еще мутный, несфокусированный. Вижу в нем страх, смешанный с полной дезориентацией. Подхожу медленно, сажусь на край кровати, стараясь не делать резких движений.

— Не бойся, — говорю тише обычного. — Ты в безопасности. Тебе стало плохо возле университета, ты потеряла сознание. Мы привезли тебя к нам домой. — Показываю экран телефона. — Звонит твоя сестра. Уже третий раз.

Она морщится, пытается приподняться на локте — руки дрожат. Помогаю сесть, подкладываю подушку под спину. Протягиваю телефон — она берет его неуверенно, пальцы едва удерживают.

— Алло... — голос хриплый, едва слышный. — Да, Маруська… я в порядке… Просто задержалась… на дополнительных занятиях… Нет, не надо за мной приезжать… Сама доберусь… Позже буду…

Врет на автомате, даже не задумываясь. Сбрасывает и закрывает глаза, переводя дыхание. В этот момент в дверях появляется Ян — стоит, прислонившись плечом к косяку, в руках стакан воды и упаковка таблеток. В полумраке его силуэт кажется огромным. Маша вздрагивает, инстинктивно отодвигается к стене.