Онлайн книга «Жестокий Муж. Вернуть (Не) Любимую Жену»
|
А сейчас меня трясет от мысли, что маленькая девочка может оказаться моей дочерью… Смешно. И страшно… Глава 31 Агния Я не знаю, почему именно в этот вечер мне становится так трудно дышать… Будто воздуха не хватает… Ирина сидит на ковре в гостиной, раскладывает свои кукольные чашечки, рассказывает куколкам сказочки, придумывает сюжеты, где «принцесса сама всех спасает, потому что она умная». Я улыбаюсь, наблюдая за ней из кухни, но улыбка дается тяжело. Опять вспоминаю, как в тот день Игорь смотрел на мою дочь… иначе… как будто уже внутренне примерил на себя роль отца. Ветров умный, он сопоставлял факты, и я в который раз радуюсь тому, что моя легенда выстроена правильно. Но… ведь есть вариант, что подозрение перестанет быть абстрактным и начинает пускать корни в голове Игоря. Я ставлю кружку с остывшим чаем на стол и обхватываю себя руками. Холодно. Хотя у нас тепло. Возможно, если в нем появятся сомнения, он решит сделать тест. Я знаю Игоря достаточно, чтобы понимать: если мысль поселилась в его голове — он доведет до конца. Он привык доводить до конца. И меня пугает не сам тест. Меня пугает то, что будет после… Ира — его дочь… Я закрываю глаза. Перед глазами вспыхивает тот день, когда моя малышка появилась на свет. Боль разрезала меня изнутри, а потом я стала самой счастливой, потому что на грудь положили маленький теплый комочек… Глядя на Иришку впервые, плача от счастья, я тогда поклялась, что никогда не позволю моему ребенку стать разменной монетой в чужих играх и амбициях. Перед глазами был пример моего отца, который обменял дочь на дивиденды для себя, и… в голове у меня не укладывается, как родной отец мог так поступить со мной… Потому что, когда держишь на руках свою дочь… словно все встает на свои места, а то, что совершил мой отец… не имеет в моих глазах никаких объяснений. И именно в тот день, когда родила доченьку, в агонии и боли, почему-то, когда отключилась на миг, перед мысленным взором возникло лицо моего мужа… в тот самый день, когда я убежала, он смотрел на меня… и впервые мне казалось, что в этом взгляде есть толика тепла… Игорь никогда не был тогда тем мужчиной, которому можно доверить младенца. Он был машиной. Хищником. Игроком. А я — частью сделки. Частью грязной договоренности двух мужчин, которые решили, что имеют право распоряжаться моей жизнью и делать меня гарантом. Игорь смотрел на меня как на трофей, объект, как на тело, а не как на женщину. Не как на человека. И я сбежала. Да, именно сбежала. С ребенком под сердцем. Со страхом, который жил во мне месяцами. Он искал, но дедушка подстраховался, и Игорь не смог найти. Я научилась быть незаметной. Я выстроила свою жизнь. И самое главное… я научилась быть мамой. Иришка росла без отца, но она росла в любви. Дедушка в ней души не чает, а Иришка без ума от деда… Я выстроила свою жизнь. Каждое утро начинается с поцелуя в макушку. Каждый вечер у нас с Иришкой сказка. Каждая болезнь для меня — бессонные ночи у ее кроватки. И сейчас… спустя годы… Игорь появляется. И рушит мою выстроенную реальность одним своим присутствием. — Мам, — Ирина поднимает голову, — а дядя Иголь к нам в гости плидет? Сердце спотыкается. — Не знаю, солнышко, — отвечаю мягко. — Он смешной, — серьезно говорит дочь, — мне понлавился… он сначала стлогий такой, а потом улыбается и… солнышко из-за тучек выходит… |