Книга Проект по дружбе, страница 100 – Юля Артеева

Потом беру телефон и пишу Ярику сообщение.

Не особенно понимая, что делаю, кидаю в рюкзак какието вещи типа белья и запасной футболки, а еще кладу свою рабочую тетрадь.

Выхожу в коридор и с непроницаемым лицом валю к входной двери. Мама выходит из кухни, когда я уже хватаю куртку.

— И куда ты собралась?

— Куда нужно, – отрезаю я.

— Женя! А ну вернись! Переступишь порог – сильно об этом пожалеешь!

— Удивительно, – выдаю мрачно, – я уже за порогом, но ничуть об этом не жалею.

— Женя, это просто смешно! Включи мозги! Куда ты? К Шмелеву? Ты хоть понимаешь, кто он такой?! – несется мне вслед.

Но я уже лечу вниз по лестнице, не дожидаясь лифта. Ботинки отбивают торопливый ритм, а сердце заходится странной дрожью. Не хочу быть дома, не хочу ее видеть. На минуту всего поверила в нашу связь, в нашу любовь. Но их уже не разглядеть за ее манипуляциями.

Сидя в машине, я достаю телефон и решительно открываю список контактов. Минуту вожу пальцем вокруг слова «папа», но в итоге нажимаю.

— Да?

— Пап, можешь говорить?

— Конечно, Кнопка, в чем дело?

— Пап, – тяжело сглатываю, – я могу жить с тобой?

Ярослав

Нервно расхаживая перед подъездом, кручу в пальцах электронную сигарету. Курить не курю, но и выбрасывать не хочется. Слишком большой у меня стаж, чтобы безболезненно от этого избавиться. Иногда все равно делаю несколько затяжек. Но не при Жене, ее расстраивать не хочется. Ведь она не просто так мне нотации читает, а действительно переживает.

Достаю телефон, чтобы еще раз проверить приложение такси. В этот момент падает сообщение от Тита.

Сплетники долбаные. Все, включая самого Ктитарева. Ненавижу всю эту тусовку, жадную до чужой крови. Мы в свое время с Вадиком с лихвой этого хлебнули. Он там не ради свежих сплетен, пусть не звездит. Там поначалу очень живо обсуждали его отца и все его загулы. Скидывали статьи и фотки. Мы регулярно с Титом ходили морды бить за это. Чаще, чем на лекции. Ну, тем, кого могли вычислить, интернет обожает анонимность. Потом до людей понемногу дошло, что чужое грязное белье нельзя полоскать безнаказанно. И притихли. А Вадик не успокоился. Шерстит, ждет на низком старте, когда его фамилию по новой трепать начнут. На самом деле он, конечно, прав, Гольцман лучше этого не видеть. А мне? Стоит ли мне почитать?

Снова открываю приложение такси. Ну слава богу, минута осталась, судя по карте, тачка стоит уже на ближайшем светофоре. Почему-то я очень нервничаю. Уверен, у Жени что-то случилось. Даже по буквам в мессенджере понял.

Подхожу к дороге и прячу электронку в карман, наскоро затянувшись. Брошу. Скоро брошу окончательно.

— Привет! – звонко здоровается Гольцман, выходя из машины, и наклоняется обратно в салон, – спасибо вам, до свидания. Да, и вам тоже.

Делаю несколько широких шагов и крепко ее обнимаю. Прижимаю к себе так сильно, что она пищит.

— Прости, – ослабляю хватку и нервно улыбаюсь, – просто соскучился.

— Я тоже.

— Ты как?

— В порядке, – стойко улыбается, но тонкими пальцами впивается в переносицу.

— Что-то случилось?

Женя сначала качает головой. Снова улыбается. А потом смотрит мне в глаза и как-то жалобно всхлипывает.

— Маленькая, – снова прижимаю ее к себе.

Она бормочет мне в куртку:

— Да все в порядке. Ничего ужасного не произошло. Просто родители разводятся, мама опять наговорила какой-то фигни.