Книга Физика любви, страница 15 – Юля Артеева

— Это что, Глеб?

— Отстань.

Но сама продолжаю смотреть, как он поднимает мальчика в зеленой куртке, поправляет ему сбившуюся шапку. Приседает перед ним на колени, берет за подбородок. Они о чем-то разговаривают, а потом вместе уходят.

— Как благородно, – говорит подруга.

— Это адекватно. Любой взрослый должен был бы так поступить.

Я хватаю лист со своей работой и несу учителю. Перед глазами все еще стоит картинка, как Глеб держит паренька за лицо. Удивительно участливый жест. Я качаю головой, совершенно сбитая с толку.

^{-.-. .-…-.–}

Дома я, повинуясь внезапному порыву, открываю страницу Глеба. Она совершенно неинформативна. Наверное, он считает, что активно проявляться в интернете – это не по-пацански. Что ж, в какой-то мере я с ним согласна. Но я все равно разглядываю фотографии, которые есть. Мне нравится та, на которой Глеб вдвоем с Яном. Они обнимают друг друга за плечи, Ян смеется, запрокинув голову, а Глеб широко улыбается, глядя вниз. В ухе неизменная сережка с крестиком. Снимок теплый и искренний. Какое-то время я просто любуюсь парнями на нем и пытаюсь понять волну чувств, которую он во мне поднимает.

В друзьях у Янковского преимущественно девушки. Я наспех пролистываю список с похожими аватарками и открываю аудиозаписи. Первое, что я вижу, это «Солнце Монако». Так и знала, ему самому понравилась песня! Она просто навязчивая и заводная, зря он меня высмеивал. Мои пальцы скользят по тачпаду, а я хмурюсь. Это трек из моих аудиозаписей. И этот. И вот этот. Нахожу с десяток своих песен или даже больше, и, конечно, это не совпадение.

Быстрее, чем успеваю подумать, открываю наш, уже внушительный, диалог и пишу ему.

Яна

Ты просто вор!

Глеб

В чем дело, Винни, я украл твое сердечко?

Яна

Мои аудиозаписи. Просто внаглую перетаскал к себе, а еще высмеивал мой музыкальный вкус!

Глеб

Они ж не под замком хранятся

Яна

Ты украл страницы из моего учебника, теперь аудиозаписи… Может быть, ты просто клептоман?

Глеб

Да, поэтому приглядывай за своей пижамой

Я захлопываю ноутбук и барабаню по нему пальцами. Проходит пара секунд, прежде чем понимаю, что на моем лице улыбка. Он смешной.

— Януся! – зычно кричит мама с кухни.

Я закатываю глаза и обреченно встаю со стула. Плетусь на кухню, где мама уже положила мне поесть и наливает компот.

— Вот, я же знаю, ты любишь горяченький.

— Мам.

— Что? Вечно «мам», а дальше молчком.

— Ничего.

— Вот именно, – она цокает языком и ставит на стол еще корзиночку с хлебом, – ешь.

— Ем, – обреченно отзываюсь я.

— Как дела в школе?

— А то ты не знаешь, – бурчу я, вечно она задает этот вопрос.

— Знаю, Януся, – мягко говорит мама, – но мне интересно не то, что мне рассказывают учителя. Ты моя дочь, мне интересно то, что рассказываешь ты.

Я перестаю есть и с подозрением смотрю на маму:

— Это тебе кто посоветовал?

— Что? – невинно смотрит на меня мама.

— Ничего. Подкаты какие-то у тебя интересные. Да все нормально.

— Хорошо.

— Угу.

Какое-то время я молча бряцаю ложкой по тарелке. Потом вдруг говорю:

— Только мне интересно…

— Да? – живо отзывается мама, замерев с полотенцем в руке.

— Ну, если один человек кажется… ну, – говорю, подбирая слова, – плохим, высокомерным, разве может оказаться, что он смешной? Или хороший в целом?

Мама прислоняется круглым бедром к кухонному шкафчику, поправляет волосы, немного думает.