Книга Фол последней надежды, страница 2 – Юля Артеева

— Получается. Папа где?

— Баню пошел проверять.

— Будешь париться?

— А ты? — спрашивает он и как будто имеет в виду не баню.

И я подтверждаю:

— Я уже парюсь, Бо.

— Я заметил.

Снова вздыхаю, и мы расцепляемся. Я смотрю в его глаза, так похожие на мои собственные. Мы двойняшки, мы совсем не идентичные, но так вышло, что похожи очень сильно. Богдан чувствует, что я беспокоюсь, и сам начинает волноваться, у нас так всегда.

— Давай, Эндж, веселее. Ты умничка, что все приготовила, уверен, что это безумно вкусно. И это же не первые наши посиделки, они всегда тебя хвалят.

Я киваю. Папа с Громовым старшим знаком с универа, и мы уже сто лет дружим семьями. И примерно столько же я влюблена в Громова младшего. Безнадежно и безответно. Но я точно знаю, что это временно. Хотите верьте, хотите нет, но я выйду за него замуж, надо только правильно разыграть все карты. Этим я и озадачена последние четыре года. Мне просто нужно все спланировать, вот и все. Во-первых, не показывать свою симпатию. Это я знаю, чем меньше девушку мы любим, тем больше нравимся мы ей, и все такое. Это работает и на парней тоже, поэтому со стороны может показаться, что с Ваней мы в контрах.

Но это моя стратегия, и я уверена, что она верная. Бо, конечно, считает иначе, но стоически молчит, он знает, что переубеждать меня бесполезно, так что просто старается поддерживать. Моя вторая половинка, моя любовь, моя душа. Так я думаю, пока он больно не хватает меня за нос.

— Ай! Бо, сдурел?!

— А чего ты залипла? — он смеется. — Отмирай, Эндж, тачка подъехала, пойду ворота открою.

Я снова киваю и критически оглядываю стол. Все действительно идеально. Ну, насколько может быть. Наша дача сильно уступает загородному дому Громовых, но мы сильны в другом, в уюте, так мне нравится думать. По крайней мере они всегда приезжают с удовольствием, своей эмпатичной натурой я каждый раз отмечаю их неподдельные эмоции. Им здесь хорошо, я это точно знаю.

Я вытираю ладони о спортивные штаны и выглядываю из окна, успеваю заметить, как черный мерин заезжает к нам во двор. Ну все, они тут. Впереди целый вечер рядом с Ваней, разве это не счастье?

Замораживаю лицо и медленно выхожу на веранду. Прислонившись к косяку, наблюдаю, как все семейство Громовых покидает свою шикарную тачку. Татьяне Николаевне галантно подает руку мой папа. Она, как всегда, выглядит одетой, что называется, с иголочки. Идеально выглаженный спортивный костюм, гладкий темный хвост, легкие штрихи косметики и какой-то особый сытый лоск. Я ей восхищаюсь.

— Геля, здравствуй, — мягко говорит Татьяна Николаевна, и я наконец отмираю.

— Здравствуйте, — улыбаюсь широко и бойко.

— Как дела?

— Шикарно! — бросаю угрожающий взгляд на брата, который явно веселится. — Как вы доехали?

— Да тут же недалеко, — она обхватывает мое лицо ладонями, — такая красавица стала, просто слов нет. Каждый раз поражаюсь!

Я смущаюсь и против воли кошу взглядом на Ваню. Он поднимается по деревянным ступеням и скидывает кроссовки, не глядя на меня. Ну ничего, Громов, погоди. Ты еще влюбишься.

Татьяна Николаевна касается пальцем моего лба и говорит:

— Не хмурься, Геля, потом придется с косметологом исправлять.

Я улыбаюсь ей, мягко высвобождаюсь из объятий и следую, как намагниченная, за Ваней. Смотрю на его темную макушку и широкие плечи, обтянутые белой футболкой. Наверное, это то, что я вижу чаще всего. Его спину.