Книга Не ругайся, адвокат, страница 16 – Ария Янтарь

Я, хромая, пошла к его машине. К его чёрному, сияющему, чистому внедорожнику, который стоял на этом грязном дворе. Обошла его, задела зеркало заднего вида, оставляя грязный развод. И, прежде чем уехать, наклонилась, зачерпнула горсть ледяной, мутной воды из лужи и швырнула её в Артура.

Вода попала точно в цель. Я видела, как тёмные пятна расползаются по его белоснежной рубашке, по галстуку, по идеальному пальто. Капли стекали по подбородку, падали на лацканы. Он даже не моргнул. Только перевёл взгляд на мокрое пятно на груди, потом на меня.

— Это всё, что ты можешь? — спросил он тихо всё тем же ледяным голосом.

— Только начала, — ответила я, нажала на педаль и уехала, оставляя его стоять посреди улицы среди разбросанных денег, с мокрым пятном на рубашке и купюрой в волосах.

Чувствовала его взгляд на своей спине до самого поворота, до тех пор, пока не свернула за угол и не исчезла в лабиринте панельных пятиэтажек.

Артур

Она серьёзно швырнула в меня деньги? Настоящие деньги, которые я достал из сейфа утром, когда собирался на встречу с клиентом. Пятьдесят тысяч рублей, которые предназначались для залога за подзащитного — парня, обвиняемого в мошенничестве, которого я должен был вытащить к понедельнику. Они разлетелись по мокрому асфальту, и порыв ветра подхватил несколько купюр, унося их в сторону трассы, к канализационному стоку. Я смотрел, как они кружатся в воздухе и думал: ну вот, ещё одна неприятность. Сегодня же приедут коммунальщики, сгребут всё это вместе с мусором. Или какой-нибудь бомж подберёт и пропьёт за моё здоровье. Пятьдесят тысяч — не та сумма, о которой стоит жалеть в моём положении. Но дело было не в деньгах.

Дело было в ней.

Она уехала. Хромая, с погнутым колесом и болтающейся цепью, с термосумкой, которая теперь бессмысленно болталась на плече, но гордо выпрямив спину, как настоящий боец, который не сдаётся даже когда его сбили с ног. Я смотрел, как её фигура исчезает за углом. И внутри меня закипало бешенство. На себя, на неё, на всю эту ситуацию, которая с каждым днём становилась всё более абсурдной, как дурной сон, из которого нельзя проснуться.

Я не хотел её подрезать. Я вообще не хотел её видеть. Я ехал на важную встречу — собеседование с крупным застройщиком, от которого зависел мой годовой бонус и, чего уж скрывать, репутация в профессиональных кругах. И я опаздывал. Навигатор показывал, что до офиса клиента осталось пять минут, а мне нужно было ещё двадцать, потому что я выбрал не тот маршрут, застрял в пробке, а теперь срезал путь через дворы. Я влетел во двор жилого комплекса на скорости, которая для двора была неприличной, срезая угол у трансформаторной будки, и не заметил её велосипед. Увидел уже в последний момент. Когда она покатилась по асфальту, а её сумка с заказами разлетелась в разные стороны.

Я мог бы уехать. Просто нажать на газ и исчезнуть, оставив её лежать в луже с разбитой коленкой. Она бы не запомнила номер, ведь у неё из ушей торчали наушники, она слушала музыку, да и я был слишком быстр. Но я остановился. Потому что я отвечаю за свои поступки. Потому что если бы я уехал, то уподобился бы тем мразям, которых защищаю в суде — тем, кто готов переехать человека и не заметить. Потому что Руслан смотрел на меня с небес.