Книга Разведена! После 40 жизнь только начинается, страница 47 – Анна Грин

Меня пробило осознание, что я изнасиловал жену. Меня настолько этим шлёпнуло, что я, стискивая зубы, пытался зажать рану и давился отвращением к себе.

Я не слышал её. Я не понимал, не хотел замечать, что она меня не хочет.

Собрав остатки мужественности, которая могла сохраниться после бесчестного, гадского, ублюдского поступка, я перетянул рубашкой руку, выматерился. Больно было так, что перед глазами двоилось. Мне казалось, я даже не дойду до ванной. Накинул на плечи старый кардиган, который нашёл в самом низу гардероба. Всё заляпал кровавой лапой. И двинулся к Сашке.

— Ничего не делай. Ничего не делай.

Я действительно понимал, что всё это начал я и это моя ответственность. Я должен всё исправить так, что Саше ничего не будет угрожать.

Я должен всё исправить, а потом уже можно шагнуть с небоскрёба.

Перебирая ногами, как пьяный, я вышел из квартиры. Осторожно на лифте спустился. Когда консьержка, выглянув, уточнила:

— А что в итоге произошло?

— Ничего! Ничего не произошло, мать вашу! Сидите и не высовывайтесь! Милые бранятся — только тешатся. Надеюсь, понятно объяснил? — Рявкнул я.

Консьержка, испугавшись меня, скрылась за дверью.

Сев в машину, я завыл, запрокидывая голову назад и стискивая зубы до ломоты. Подхватил мобильник.

— Салихов, ты где?

— О, здорово! Дома сижу.

— Салихов, я надеюсь, твои подвалы до сих пор помнят, как это шить огнестрел?

— Чего? — Возмутился старый школьный друг, а ныне хирург в одной из городских больниц.

Я понимал, что я не могу ехать ни в травму, никуда, потому что сразу возникнут вопросы, потому что сразу будет разбирательство. Менты тут как тут нагрянут.

— Что слышал. Я сейчас приеду. Пожалуйста, всё подготовь. Мне очень, очень нужна твоя помощь.

Одному Богу известно, как я доехал до пригорода и не влетел в аварию. Я в какие-то моменты терял сознание и чувствовал, что меня надолго не хватит. И когда машина остановилась во дворе у Салихова, я вывалился из неё. Но, слава Богу, в руки Артура.

— Чего? Чего случилось? Савельич, ты как?

— Шальная пуля.

Артур подхватил меня и потащил в сторону заднего двора.

— У меня жена, дети. Ты уж прости, что как воры.

— Плевать.

Как у любого уважающего себя домовладельца, у Салихова в подвале были кладовки с соленьями, ещё стояли велосипеды с санками разных мастей и для разных возрастов. И небольшой закуток, где он устроил себе медкабинет. На всякий пожарный, как он любил говорить.

Кинув меня на кушетку, он стянул свитер и начал разматывать руку.

— Сувенир?

— Да иди ты к черту. На вылет. — Огрызнулся я и тяжело задышал.

— И кто тебя так?

— Тебе какая разница? Я тебя прошу: помоги просто.

— Да ты понимаешь, что тебя сейчас прокапать надо. У тебя здесь сепсис может развиться. Как я тебе сейчас помогу?

— Так, как только можешь. Ты обколи меня разными уколами. Без разницы. Хоть чем-нибудь. Но приведи меня в порядок. Мне надо торопиться.

— Куда тебе надо торопиться? На тот свет, что ли? — Недовольно спросил Артур.

Я зажмурил глаза.

— Нет.

Мне надо было торопиться домой, потому что кровью я изляпал всю квартиру. Потому что Саша взяла в руки пистолет. Потому что всё это могло сложиться в такую дебильную картинку, что потом будет всё намного хуже.

— Прошу тебя, пожалуйста. — Промямлил я, теряя сознание.