Книга Яйца всмятку, страница 129 – Мари Соль

«А что, собственно, было?», — тут же парирует мозг. Всего-то и было, что один романтический ужин. Масса звонков и сообщений. Теперь флирт — неотъемлемая часть нашего с ним общения. А я, оказывается, умею флиртовать! Кто бы мог подумать? Вот так привыкну и покачусь по наклонной.

Сама усмехаюсь подобным мыслям. Представляю себя флиртующей с разными мужчинами. И так смешно! Вот, к примеру, мой адвокат. Герман Исидорович, которого, кстати, тоже порекомендовал Валера. Мужчина преклонных лет, но очень приятный на вид. Но у нас с ним исключительно деловые отношения. Никакого флирта! Только голые факты.

Ну вот… Опять голые. Даже факты у меня голые. А всё потому, что Валера уже пригласил на свидание. Второе по счёту. Где-то на третьем свидании я, по ходу пьесы, должна позволить ему себя поцеловать по-настоящему, то есть — взасос. А когда будет секс? Я же не дурочка! Понимаю, что он не может ждать вечно.

Если Сорокин не даст мне развод, то сколько продлится эта котовасия? А я, пока замужем, не могу спать с другим. Или могу? Я ещё не решила.

Трогаю руку с браслетом. Сегодня надела другой. Свой любимый, с турмалином потеряла! Обыскала всю квартиру, все ящики. Наверняка, обронила в какой-нибудь примерочной? Когда мерила в ажиотаже, он и соскочил. А как жалко! Он был такой красивый, с разноцветными бусинками. Натуральный камень. Бусы остались, а браслетика нет.

— Ну что ж, — произносит судья, — Я так понимаю, что ответчик на суд не явился?

Сегодня у нас — первое заседание суда по делу о разводе. О нашем разводе с Сорокиным! На которое он не явился. Хотя я звонила и неоднократно ему напоминала об этом «событии». И повестку вручали, и он в курсе, во сколько и где! Вот же гад.

Я вздыхаю с сожалением. И почему-то чувствую себя виноватой.

— Заседание переносится! — произносит судья и узаконивает своё распоряжение молоточком по столу, — Прошу уведомить об этом ответчика! — говорит она приставу.

Адвокат поднимается, я следом за ним.

Мы выходим.

Герман Исидорович уже всё объяснил мне. А именно то, что мне не о чем волноваться. Но я всё же волнуюсь.

— Это нам даже на руку, — произносит он, когда мы идём по коридору.

Я смотрю снизу вверх. Он высокий и статный. В костюме. И даже морщины ему очень к лицу.

— Вы о том, что мой муж не явился? — уточняю.

— Вот именно, — он поправляет очки, — Третья по счёту неявка, и вас разведут без суда. Так что не в ваших интересах ему напоминать об этом.

— О! Тогда я не буду, — усмехаюсь.

Мы подходим к столешнице. Она просто стоит в фойе. И каждый адвокат считает своим долгом подойти к ней и поставить портфель.

— И насчёт квартиры не волнуйтесь, — говорит снисходительно, — На имущество, приобретенное по наследству одним из супругов, не распространяется режим общего имущества. То есть оно таковым не является. И ваш супруг не имеет на него никаких прав!

— Вы просто меня успокоили, — прикладываю я ладонь к груди. Оделась по случаю. Строго. В пуловер с имитацией пуговок и тёмные брюки. Собрала волосы в плотный пучок и подкрасилась лишь слегка.

Катька сказала, что я похожа на завуча.

— Насчёт денег…, — переходит Герман Исидорович к теме, не менее важной, — Тут важен факт фиксации. Скажем, если бы вы оставили эту сумму лежать под матрасом…

«В баночке из-под червей», — добавляю я про себя.