Книга Второй шанс, страница 4 – Елена Валерьева

— А если я не хочу спать, Марат Эдуардович? — прошептала она и, набравшись наглости, прикусила мочку моего уха.

Все. Снесло крышу. Я развернулся, схватил ее за задницу и усадил на стол. Свистнула молния на ее юбке, и через минуту мы уже рычали друг на друга, как звери. Жестко, быстро, грязно. Это был не секс, это была разрядка. Выхлоп многомесячного пара.

Когда все закончилось, она сидела на столе, растрепанная, с размазанной тушью, и улыбалась. Улыбалась, сучка, довольно.

— Не говори Алине, — только и смог выдавить я, застегивая ширинку. Меня уже тошнило от самого себя.

— Конечно, — она кивнула, слезла со стола, поправила одежду и вышла, оставив меня в кабинете одного переваривать случившееся.

Я убеждал себя, что это была ошибка. Случайность. Разовая акция. Мужская слабость. Я люблю Алину. Люблю. Люблю. Люблю.

Но через три дня Карина снова зашла «убраться» вечером. И я опять не удержался. А потом еще раз. И еще. Это стало наркотиком. Остро, запретно, рядом. Она была всегда под рукой, всегда хотела, всегда готова на любые эксперименты, на которые Алиса в последние годы не соглашалась. Карина стала моей личной проституткой, живущей в моем же доме. Удобно до омерзения.

Я ненавидел себя за это. Но остановиться не мог.

Три года назад

— Смотри, мамуль, какой у нас дворец, — Илюха, смешно переваливаясь, бегал по новой гостиной и пытался залезть на огромный кожаный диван.

— Дворец, солнышко, — улыбнулась я, но на душе скребли кошки.

Мы только что переехали в этот дом. Трехэтажный, с колоннами, панорамными окнами и видом на лес. Дом моей мечты, который я сама проектировала когда-то в том самом блокноте. Марат сделал мне подарок — построил его. Вот он, хэппи-энд. Живи и радуйся.

Но радость была какой-то пресной. С привкусом горечи.

— Нравится? — Марат подошел сзади, обнял за талию, поцеловал в макушку.

— Очень, — соврала я.

На самом деле мне было все равно. В этой огромной коробке я чувствовала себя еще более одинокой. Марат пропадал на стройках, я — с Ильей и бесконечным бытом. Даже с няней быт не заканчивался, просто появлялось время подумать. А подумать было о чем.

Я помнила тот вечер, когда Илья впервые остался с Кариной, а мы с Маратом выбрались в ресторан. Я надела красивое платье, накрасилась, ждала романтики. Вместо этого Марат полвечера просидел в телефоне, решая рабочие вопросы, а потом уснул в машине по дороге домой. Секса, конечно, не случилось.

— Ты устал, — сказала я тогда, укрывая его пледом в гостиной.

— Прости, зай, аврал, — пробормотал он и отрубился.

Я смотрела на него и чувствовала не обиду, а тупую пустоту. Куда делся тот парень, который не мог от меня отлипнуть? Который таскал на руках? Которому я была нужна не как мать его ребенка, а как женщина?

— Мам, а где Карина? — Илюха дернул меня за руку.

— У себя, наверное. Иди, позови ее обедать.

Он убежал, а я пошла накрывать на стол. Мы решили отметить новоселье в узком семейном кругу. Я старалась, пекла пирог, накрывала в столовой с видом на сад.

Карина спустилась через десять минут, ведя Илью за руку. Скромная, в закрытом платье, с пучком на голове. «Мадонна», мать ее.

— Алиса Валерьевна, вы такой пирог испекли! Пахнет обалденно, — пропела она, усаживая Илью за стол. — Марат Эдуардович будет?