Книга Ты не опоздал, страница 79 – Дарья Волкова

Оказался не готов, к тому, какая она стала.

Оказался не готов к тому, как на нее отреагирует сам.

В ней было что-то, что цепляло его тогда, десять лет назад. Когда ей было шестнадцать. Когда она была слегка неловкой, немного стеснительной девочкой с совершенно сногсшибательной улыбкой и зелеными глазами. И уже тогда Богдан оказался не готов, какая у него в голове из-за Арины заварится каша.

Ой, ну она ж школьница, ей всего шестнадцать.

Но она же когда-нибудь вырастет!

Она сестра моего друга.

Но не моя же!

И, самое главное, что было в этой каше. Он видел, что нравится Арине. Хотя иногда думал, что ему это кажется. А иногда — что нет. В двадцать мозгов не то, чтобы уже очень много. Зато много чего другого, которое так и норовит перехватить управление.

Так Богдан вляпался в Татьяну. И не так уж сильно она ему нравилась. Но одно дело — сворачивать мозг по поводу младшей сестры своего друга, которая еще школьница, несовершеннолетняя, и вообще с ней — ни-ни, только торты можно жрать. И совсем другое — активная и совершеннолетняя, с которой, как раз, все уже можно. То, что со школьницей и младшей сестрой друга нельзя.

Как Татьяна умудрилась залететь, Богдан так и не понял. Всегда пользовались резинками. А потом, как пыльным мешком по затылку — две полоски, беременность. Спасибо папе с мамой, воспитали порядочным дураком. Потому что он сразу сказал: «Ну что, раз так, давай жениться». Танька тогда даже всплакнула и бросилась ему на шею.

Богдану в тот момент тоже хотелось всплакнуть. И, может, даже броситься кому-то на шею. Да только мужики не плачут, а бросаться на шею некому.

Эх, прощай, жизнь холостая… Только начал, а уже финал.

Нет, он старался, конечно. Чтобы не слишком показывать, как ему это все не по нутру. И поглубже закапывал свои невнятные фантазии о том, как Арина подрастет, и он с ней…

Все уже. Она подрастет. А у Богдана подрастет ребенок. Фенита ля… Что там. На комедию ни хрена не похоже.

Да, больше это походило на… Вообще непонятно на что.

Таня потеряла ребенка. Поехала к родителям — она была, как Богдан, не местной — вернулась, и… Богдан так и не смог добиться от нее — случилось ли там что-то, или что? Может, падала? Может… Он не знал, от чего это происходит. А Таня плакала, и он ее неумело утешал. А сам малодушно думал, что, может, и к лучшему все? Ну, куда им сейчас ребенок? Им еще доучиваться надо.

И вообще, может быть, если ребенка не будет, так и брак этот тоже… Никому не нужен?

Нет, это подло. Подло. И глупо. Подло и глупо заводить разговор о разводе спустя месяц после свадьбы. Тем более, Таня говорит, что любит. А он сам… Ну не может же он ее бросить, когда она только-только потеряла ребенка!

А дело все равно этим и закончилось.

Таня не хотела уезжать, уговаривала остаться. Ну как можно не понимать, что Богдан обязан? Что у него целевой набор, и он обязан отработать? Уехали. А там все повалилось.

Богдан сутками пропадал на заводе. Потому что не привык делать дело кое-как. Потому что реально интересно! И потому что хотел чего-то добиться.

А Таня… Быт ее не интересовал. Работы, по ее утверждениям, не было. Ей предложили вести детский танцевальный кружок в каком-то ДК, на окраине, она через месяц расплевалась и ушла. Богдан же с головой погрузился в работу. И слушая как-то вполуха за не очень-то вкусным, но горячим ужином жалобы Тани на то, какие тупые эти дети, он брякнул: «Ну, давай заведем своего».