Книга Спор не по правилам, страница 34 – Екатерина Васина

— Арсеньева. — ворчит она из своей комнатушки, пока я прикладываю электронный пропуск. — Вот вроде нормальная девушка, прилежная, а вечно ближе к полуночи приходишь. Что за работа такая?

— В квест-руме, Ольга Владимировна. — сообщаю со вздохом. — Ну не стриптизершей же!

Это у нас с ней игра такая. После такого женщина обычно смеривает меня взглядом и машет рукой со словами:

— Да какая из тебя стриптизерша! Иди уже.

Да, мне очень надо надеть любимую пижаму, залезть под одеяло и как следует подумать.

Илья Романович, конечно, придурок редкостный!

Но самое поразительное, что выглядит его предложение логично. И что-то внутри меня соглашается с таким поворотом.

Я ведь реально смутно представляю как буду “лечиться”. Это надо делать каждый день, но он у меня уже сейчас расписан буквально по минутам. Куда мне запихнуть Илью Романовича? Добыть где-то лишние часа три? Перестать спать? Достать Маховик Времени?

Но стоит открыть дверь в комнату, как все мысли вылетают.

Остается только удивление пополам с раздражением.

Хочется стукнуть себя по лбу и спросить: “Ну вот за что мне такое, а?”

— А вот и наша потеря-я-яшка! — голос у Велицкого как всегда вальяжный.

Да и сам он, скотина такая, сидит на моей кровати так, точно имеет на это право.

— Дашка, ты сегодня вообще поздно!

Маша с Ритой опять, похоже, собираются в клуб. Обе в таких платьях, что наклонятся не стоит, боевой раскрас, высокие сапоги на шпильках.

Да и Стас какой-то весь на пафосе. Черные джинсы и черная шелковистая рубашка, на которой расстегнуты три пуговицы. А рукава подвернуты так, чтобы было видно модные часы. Ну и мышцы, конечно.

А у меня внутри опять срабатывает: так, я стою спиной к двери, она прикрыта. но не заперта. Можно выбежать.

Матерь котья, о чем я?! Это же общага, меня не тронут!

— Вы куда-то собирались? — снимаю пуховик, продолжая держать Стаса в поле зрения. — А ты слез с моей кровати! Живо!

Думала, что Велицкий будет выпендриваться, но нет — встает. И… идет прямо на меня.

Затылок начинает холодеть и покалывать.

— Мы все вместе идем в клуб, Дашулька! — тянет свои ручища, которые сейчас мне кажутся бесконечно длинными.

Открываю дверь и начинаю пятиться в коридор.

— Руки убрал! — цежу так злобно, что любой бы понял — не подходи.

Но Стасу море по колено. Он не пьяный, я точно вижу.

— Давай, Дашулька, мы тут с девчонками придумали отличный план! перекидываю тебя через плечо и насильно причиняю веселье.

И все.

Клапан срывает.

Нет, ну я просила его отвалить.

Стоит Стасу коснуться моей руки, как дальше все происходит быстро.

Носком ботинка со всей дури ударяю по его голени, а когда он сгибается с воплем раненного лося, подныриваю под его руку и бегу в комнату.

— Бля-я-я-я-я! — летит мне вслед.

Знаю, что больно.

Хватаю со столу сковородку с остатками ужина. Хорошая такая, чугунная. Машке вроде мать привезла.

И разворачиваюсь с “оружием” наготове.

Я ведь ударю, честное слово!

Маша с Ритой стоят как два болванчика с круглыми глазами. Только взгляды скачуть от подвывающего Стаса ко мне и обратно.

— Дура! — орет этот придурок, на что из других комнат выглядывают студенты. Кто предлагает заткнуться, кто-то снимает на телефон, кто-то ржет.

А еще, чувствую, Ольга Владимировна сейчас поднимется и вставит всем люлей.