Книга Дамир на мою голову или Вишенка на торте, страница 155 – Светлана Серебрякова

Под навесом уже был накрыт стол. Рядом, в хьаре[1] полыхал огонь и выпекались чуреки. От большого мангала, за которым стояли отец Дамира и дядя Замир, исходил аромат мяса, и у меня уже потекли слюнки. Здесь снова все были заняты делом: Зара следила за хлебом, Иллария и жена Рустама суетились вокруг стола и помогали тёте Нико в готовке. Дед Алам возился со старшим правнуком, а рядом с ним, с младенцем на руках, сидела жена его старшего внука. Аслан о чём-то разговаривал с Рустамом, и Дамир присоединился к ним. Не у дел осталась только я. Мне, честно говоря, лезть со своей помощью не очень-то и хотелось.

Приподнимая вытяжку мангала, Исмат взял сразу несколько шампуров и одобрительно цокнул языком:

— Еще минута и всё. Зара? У вас там всё готово? И ты не знаешь, куда я блюдо дел? Я же его с собой брал.

— Ты с ним в подвал спускался, а вернулся без него.

Я видела, как он осматривался вокруг, отыскивая того, кто сможет прийти на помощь. И добровольцем стала я.

Надо же было внести хоть какую-то лепту в этот семейный обед.

— Я принесу, где вы его оставили?

— Помнишь стеллажи с вином, дочка? — Исмат улыбнулся мне. — На столе, кажется, там поставил и забыл.

— Хорошо, я быстро.

Я прекрасно помнила этот подвал, вход в который был сразу за летней кухней. Большая тяжёлая дверь, выключатель с правой стороны на уровне опущенной руки, несколько ступеней вниз. Сначала небольшие дубовые бочки по обеим стенам с домашними вином и коньяком. Потом дверь, за который собственный дегустационный зал, в центре массивный стол. Вот так устанешь от домашних дел и хлопот, спустишься сюда с гроздью винограда, достанешь из холодильника сыр, прихватишь со стены бутылочку вина и… И пусть весь мир отдохнет. Интересно, а у нас, в будущем доме, можно будет устроить такой же? А что? Собственный бар, и никуда с подругами идти не надо, все под рукой.

Я открыла дверь в зал, включила свет и увидела на столе не только большое керамическое блюдо, но и несколько бокалов и начатую бутылку. Наверняка дед и оба его сына успели снять пробу и по достоинству оценить вкус молодого вина. На этикетке значился прошлый год, но вот что удивительно, это было вино из коллекции Илларии, её новый купаж с нотками корицы и местных апельсинов. И, судя по тому, что бокалы были пусты, а в бутылке оставалось не так уж много напитка, вино им понравилось.

Представляя, как шепну эту новость на ухо Лари, я не смогла сдержать улыбку. Но губы растянулись ещё шире, когда я услышала, как открылась дверь в подвал и кто-то, (хотя и гадать не надо, кто именно), спускался ко мне.

— Перестань меня опекать, — я усмехнулась, — да, блюдо тяжелое, но это не чемодан, уверяю тебя, я справлюсь.

Я повернулась к двери, и улыбка медленно сошла с лица:

— Хабиб? Что ты тут?..

Он надвигался на меня, сверля хищным взглядом, словно коршун, нацелившийся на лёгкую добычу.

— Уже перестал надеяться застать тебя одну.

— Застать меня одну? Зачем?

— Затем, что я хочу тебя.

Говорят, что страх и возбуждение идентичны, что это оттенки одного и того же чувства. Наверное. Но сердце в груди грохотало точно так же, как если бы сейчас тут был Дамир и пытался соблазнить меня. Ноги подкашивались, я чувствовала, как холодели кончики пальцев, как морозный озноб сковывал не только тело, но и разум. А в голове звенел белый шум. Я буквально оцепенела, тупо смотря, как Хабиб нагло приближался ко мне. Впечаталась попой в край стола, и отклонялась, надеясь увернуться.