Книга Дамир на мою голову или Вишенка на торте, страница 157 – Светлана Серебрякова

— Милана, что случилось?

— Я не хотела, — я рыдала, вцепившись намертво в рубашку Дамира, — не хотела… это он… я убила его… и разбила ваше блюдо, — отыскала глазами Исмата и извинялась перед ним, — разбила…

— Плевать на это блюдо. Ты поранилась? Что у тебя с лицом? — уверенным и профессиональным жестом Дамир положив руку мне на подбородок, на свету рассматривал ссадину на щеке, — и платье порвала. Къуш, что случилось?

— Давай уедем отсюда, пожалуйста, — от крупной дрожи, что сотрясала тело, я заикалась, — я хочу домой, сейчас.

— Да, конечно, только объясни…

Но объяснения не потребовались. Шатаясь и держась за разбитую голову, из подвала вышел Хабиб. Я не хотела смотреть, но невольно повернулась в его сторону. И встретилась со злобой и ненавистью, что полыхали в чёрных глазах.

— Эта русская сука едва не убила меня. Напала…

Пчелиный рой ожил, загудел одновременно, размахивая руками и переводя взгляд с меня на Хабиба. Этих пчёл, говоривших на своём языке, много, и мне никто не поверил бы, как бы я не пыталась оправдаться. И это угнетало. Но больше пугало то, что мне не мог не поверить Дамир.

Истошный вопль заставил всех разом замолчать:

— Ай, мой мальчик, — Зара, причитая, усадила сына на стул и суетилась вокруг него, пытаясь полотенцем остановить кровь, — Дамир, что ты вцепился в эту девку? Она покалечила твоего брата. Ты же врач, иди помоги… Так и знала, что от этой чужачки будут одни проблемы.

Но мой джигит не сдвинулся с места. Только крепче обнял, целуя в макушку.

— Он ничего не успел сделать? Скажи мне, не бойся, я должен знать.

— Пытался, но я… думала, что убила его. Прости меня.

Если бы я могла стать невидимкой, а ещё лучше, закрыть глаза, оторвать лепесток с волшебного цветка, и загадать желание, что хочу сейчас же оказаться дома. Ощущать спиной колючие взгляды родни Дамира не просто неприятно, это унизительно. И мучительно больно.

— Я верю тебе, — не обращая ни на кого внимания, он нежно поцеловал меня в лоб. — Тебе лучше уехать, прямо сейчас.

— Почему? — ничего не понимая, я смотрела в зелёно-карие глаза. — Ты? Ты отказываешься от меня?

— Нет, никогда. Я хочу тебя защитить.

— Дамир, что ты копаешься? Ждёшь, пока мой мальчик истечет кровью? Исмат, скажи ему.

Я вздрогнула от громкого окрика Зары. Вот только Дамира это не испугало.

— Вызывай скорую. Пока твой мальчик не объяснит мне, что произошло в подвале, я и пальцем для него не пошевелю. Почему у него расстёгнута ширинка, а у моей жены порвано платье?

— А если, — я нерешительно посмотрела на сурового джигита, — если он… если рана слишком…

— Значит, эта мразь сдохнет, как последняя собака.

— Дамир! Он твой брат.

— Брат, отец? Брат? Ты уверен в этом? Разве брат поступит так с братом? Вы молчите и делаете вид, что ничего не произошло, хотя прекрасно обо всём догадываетесь. Боитесь произнести вслух? Думаете, если Господь не услышал, так и не увидит? А когда услышит, то что? Гнев свой на вас обрушит? Традиции, обычаи… Хабиб пытался изнасиловать Милану. Мою жену.

Казалось, Исмат только сейчас понял то, что было очевидно для всех, как только Хабиб поднялся из погреба.

— Хабиб? — голос главы семейства дрожал. — Это… правда?

— Она сама спровоцировала меня.

— Ай, Зара, ай! — тётя Нико всплеснула руками. — Это всё твоё воспитание. Во всём потакала мальчишке, ещё и Исмата накручивала. И что теперь? Он опозорил весь род.