Книга Его строптивый Огонек, страница 123 – Екатерина Васина

— Тим, я…

— Молчи. — цедит сквозь зубы. — Сейчас просто молчи, Ева.

И утягивает меня прочь из кафе. Только успеваю помахать Дашке.

Умный и осторожный охотно последовал бы совету. Но я глупая и быстрая. В смысле часто сначала говорю, а потом думаю.

— Все было под контролем! Я не собиралась ничего пить или есть рядом с ним! И Даша…

— Да, из вас двоих мозги достались только Дарье, видимо. — он ведь даже голос не повышает, говорит так тихо, что слышу лишь я. — Ну ладно, у тебя нет инстинкта самосохранения, бывает. Но как насчет материнского, а? Про ребенка нашего подумала?!

Лучше бы он матом меня покрыл. Не так было бы больно.

— Ну, Анна, вы же взрослый человек! Вы же понимаете, что Тимофей перегнул палку! Меня нельзя взять и запереть!

На самом деле меня уж прямо не заперли, но выходить куда-либо из дома запретили. Это сейчас я возмущаюсь, потому как Тим, злой как тысяча шершней, уехал все с теми же суровыми мужиками. А меня оставил под присмотром своих родителей. И Миланы. Но та уже уснула, так как время подваливало к полуночи.

В итоге мы сейчас сидим в гостиной, при свете камина и торшера, за окнами темнота, которая разгоняется фонарями и соседской иллюминацией. У меня в руках чашка с имбирно-лимонным чаем. Ну хоть тут огромный плюс. От него мой токсикоз съеживается и почти исчезает. Так что могу спокойно насладиться легким ужином.

— Евушка. — сама свекровь спокойна как удав. — Мы с тобой взрослые девочки. Обе понимаем, что ты можешь возмущаться сколько угодно, но сама пока носа за порог не высунешь.

Запиваю ее логику чаем. Ну да, не высуну, потому что по городу бродит тот, кто покушался на меня за что-то. Но это еще ладно. А вот взгляд мужа, который он бросил перед тем, как уехать, заставляет меня почесываться от нервов.

Сергей — отец Тима — вроде как занят с планшетом, но явно ни единого слова из разговора не упускает. Вот и сейчас. Сдвигает очки на лоб и подмигивает мне.

— Ева, если прямо вот совсем невмоготу, то можешь громко выругаться. Уверен, Кирюша тебя поддержит.

Мы втроем невольно переводим взгляды на попугая в вольере. Тот уже полчаса тихонько насвистывает себе под клюв Имперский марш. И выходит у него так проникновенно, что не удивлюсь, если сейчас увижу Дарт Вейдера.

Вместо этого возвращается Тим. К счастью один. Я вдруг понимаю, что самым трусливым образом прячусь за спиной Анны. Ну отлично, Ева! Ты еще мысленно хвост подожми и глаза как у котика из Шрека сострой.

— Миланка спит?

Да, отлично! У тебя тут жена беременная, неизвестный вражина, а ты спрашиваешь спит ли племянница! Я опять запиваю рвущиеся наружу комментарии. Мне не нравятся взгляды Тима в мою сторону. Они не злые, нет. Они…скажем так — разочарованные. И вот это хуже всего.

Я не хочу его разочарования во мне.

— Спит, спит. — Анна уже на ногах, обнимает Тима, гладит по спине. — Слушай, ну на тебе лица нет. Ева, давай накормим этого мрачного мужчину, а то он сейчас нас загрызет.

— Да! — я тоже вскакиваю. — Сейчас разогрею все! Сама!

— Не голодный. — Тим цедит слова точно экономит их. — Ева, за мной.

— А может… — его мама оглядывается на хмыканье мужа и отступает. — Ладно, мы поедем.

— Вы останетесь. — сообщает Тим все с тем же лицом инквизитора, который поймал ведьму. — Миланка уже спит, а вы недавно с самолета и сразу сюда. Жаль, что ваша поездка оказалась такой короткой.