Книга Его строптивый Огонек, страница 135 – Екатерина Васина

— Так откуда вы вернулись? Мы вас потеряли в районе Сомали. — Сергей разливает вино всем, кроме меня и Миланки.

— О, все верно. Именно там мы решили, что нам необходимо погрузиться в изучение себя. Настоящего себя. Потому оставили все гаджеты, взяли документы и достаточно денег, чтобы добраться до Лхасы.

А чего не добирались как истинные просветленные? Ну типа без денег, чисто на энтузиазме и отсутствии самосохранения? Так, молчи, Ева, молчи.

Просто, млять, обидно, что пока Миланка тут ночами рыдала, они там просветлялись и медитировали!

И сидят ведь с улыбками, вон даже дочь Лена по голове гладит.

— Мы долго искали место. — Филипп воздевает вилку вверх. — Такое, чтобы ничего и никого, только природа.

— Филипп хочет сказать, что мы нашли идеальный крошечный монастырь, в самой удаленной части Лхасы, где нас согласились принять, но с условием принять два обета на время обучения медитации и погружения в изучении себя и своих внутренних силах. Випассана или обет молчания и карма-йога или обет безмолвного служения. — Лена отпивает воды и вздыхает умиленно. — Это было чудесно! Всего пять монахов, природа и звон колокольчиков. Самая простая еда, которая не дарит удовольствие от чревоугодия, а лишь поддерживает.

Я сжимаю вилку изо всех сил. Так, эту семью знаю недавно, но успела понять, что эту вот блаженную парочку целый год искали как могли. Да Милана то рыдала, а то улыбалась и заверяла, что мама и папа обязательно вернутся. Вон сидит и ластится к ним. А они…ну да, обняли, поцеловали, сидят вон по голове ее гладят. Но как-то…мля, если бы я год своего ребенка не видела, то сейчас бы сидела с ним в обнимку как приклеенная!

Вон все сидят с шокированными лицами. Даже Милана притихла и перестала напевать себе под нос.

— Так… — Сергей ставит на стол бокал с вином. — Так. Дети, то есть пока мы искали вас, вы…медитировали?!

— Постигали себя. — поправляет Филипп.

— Филипп хочет сказать, что мы несли обеты и не пользовались гаджетами. Да и посетителей в монастыре нет. Разве что привозят провизию и все.

Я понимаю, что укусила вилку в процессе попытки держать себя в руках.

— Но мы были в порядке! — не верю своим ушам, но Филипп реально удивляется. — Вы должны были это почувствовать через семейную связь.

Я молча сжала под столом руку Тима, который прям вот сидит и сжимает в свою очередь вилку. А глаза уже потемнели. Верный признак, что муженек сейчас наполняется тихой яростью.

— Филипп хочет сказать… — начинает было Лена, но Тим ее грубо прерывает, так что у женщины округляются глаза.

— Мы в курсе, что хочет сказать Филипп, не утруждайся. Ты не среди дебилов сидишь.

— Тимошка! — тут же вмешивается брат, но его перебивает Сергей. Глава семейства медленно встает из-за стола, точно давая всем прочувствовать его настроение. Не знаю как другие, но мне хочется вжать голову в плечи. Хотя я ни разу не слышала, чтобы Сергей повышал голос. Он делает больно по-другому. Бьет фактами. От них не отобьешься.

Тим прямо весь в папочку.

— Оба за мной, в кабинет. — сказал, как отрезал.

Если Тим идет быстро и даже вроде как с предвкушением, то Филипп явно мнется. Зачем-то оглядывается на жену, потом проводит рукой по голове Милены. Вот я может и придираюсь, но таким жестом собаку по голове треплют, но никак не ребенка!