Книга Феникс, страница 52 – Витта Линберг

— Джей, — говорю, сбивая дыхание, — надо быть наготове. Набирай новых солдат.

— Дерек, мы не брали чужаков в семью с тех пор, как…

— Я знаю, — перебиваю его.

— Мы не можем быть в них уверены.

Я останавливаюсь и поворачиваюсь к подручному.

— Значит надо их замотивировать так, чтобы они сами мечтали отдать за нас жизнь. Собирай, мотивируй и обучай. Роб уже восстановился. Ему перенаправь самих отбитых.

— Есть.

Джей мнётся и не уходит пару минут.

— Что ещё?! — я уже рявкаю.

— Как там Алиса?

Я тяжело выдыхаю.

— Она не справляется. Честно говоря, я думал, она сильнее.

— Она сильная, но не бесчувственная.

— И это её проблема.

— Она в нашем доме. Так что это и наша проблема. Вспомни, как ты справился с предательством отца? Может быть, твой опыт будет полезен и ей?

Джей наконец уходит. Я заканчиваю тренировку и пока моюсь в душе думаю над последними словами Джея. Идея приходит в мою голову моментально. Но вот решиться на это оказывается непросто. Я одеваюсь, беру в баре бутылку виски, прошу Бини подготовить побольше закусок и отнести их в кабинет моего отца. Её лицо выражает вселенское удивление в этот момент. Но объяснять я ничего не намерен. Иду к русской.

— Алиса?

Девушка сидит на кровати и смотрит в окно.

— Что? — она отвечает совершенно бесцветно.

— Я хочу тебе кое-что показать. И рассказать. Пойдём.

Я надеюсь, увидеть хоть малейший блеск интереса, любопытства в её глазах, но там по-прежнему пустота.

— Я не хочу.

Мне приходится сжать кулаки, чтобы не начать орать.

— Я знаю. И я проявляю невероятное терпение и прошу тебя пойти со мной, — произношу, уже с трудом перебарывая собственное раздражение.

— Ладно.

Алиса встаёт, но как только делает первый шаг, её колени подкашиваются. Я успеваю подскочить и взять её на руки. Так даже лучше. Но тот факт, что я даже не чувствую её веса поднимает новую волну раздражения и злости на её упёртость, которая вредит только ей.

Я отношу ей в кабинет отца, ставлю на ноги, и придерживая её за талию смахиваю пыль с кожаного дивана. И усаживаю её на чистое место. Она выглядит такой маленькой и хрупкой в этом пушистом халате. Ничего общего с той тренированной, пышущей здоровьем и сарказмом Алисой, которой я забрал в клубе. Бини прикатывает столик с закусками и уходит, прикрывая дверь.

— Зачем я здесь, Дерек? — девушка обводит взглядом, покрытый пылью кабинет.

— Чтобы выслушать мою историю. И узнать, как я справился со своей болью.

— Почему ты решил, что я хочу это знать?

— Ты может и не хочешь. Но я не спрашиваю твоего желания. А сил уйти у тебя нет.

Я беру тамблер, наливаю в него пару сантиметров виски и делаю глоток. Алиса внимательно следит за мной, но молчит. Даже ни одного обвинения в мой адрес.

— Когда мне было двадцать я лишился всего и вставал на ноги очень тяжело, болезненно, но мне нужно было делать выбор. Либо я, сцепив зубы отвоёвываю своё право на жизнь, либо меня и Роберта убьют.

— Из-за чего это случилось? — наконец дождавшись хоть малейшего интереса, я залпом выпиваю виски из стакана и сажусь на край стола.

— Из-за моего отца. Это, кстати, его кабинет.

Дерек Морелло

Преодолевая желание разгромить весь этот кабинет к чёртовой матери, я всё же начинаю рассказ, глядя в глаза русской.

— Наша семья раньше контролировала намного большие земли, чем сейчас. Отец был категоричным и весьма кровавым управленцем. Мама немного смягчала его порывы, но только не в отношении нас с братом. Отец был жёстким, а иногда и жестоким. Нас воспитывали как спартанцев. Но сейчас я отчасти понимаю почему. Он готовил нас на своё место.