Книга Волны и джунгли, страница 307 – Джин Родман Вулф

Мора согласно кивнула.

— А отчего ты выбрал этих двоих? – полюбопытствовал Римандо. – Для войны разве своего бога нет?

— Есть, – подтвердил я. – И богиня, и с полдюжины меньших божеств.

— Будьте любезны не отвлекать его разговорами, – вмешалась Салика. – Он и без этого почти ничего не ест!

— А про нас боги ничего не сказали? – спросил Эко, повернувшись к Инклито.

За столом надолго воцарилось тягостное, томительное молчание.

— Кажется, понимаю, – прервав паузу, вздохнул Римандо. – Видно, кто-то один из нас не доедет… а может, даже ни один?

— Р-рыбьи головы? – осведомился Орев, шумно влетев в распахнутое окно и, как обычно усевшись ко мне на плечо.

Я подал ему кусочек мяса.

— А у меня возьмет, если я его покормить попробую? – спросила Мора.

— Вполне возможно. Ты ему по сердцу.

Ободренная, Мора, отрезав от ломтя на собственной тарелке гораздо больший кусок, бросила его через стол Ореву, а тот, поймав угощение клювом, полетел с ним к камину раздирать на клочки удобной для поедания величины.

— Однако мне, – заговорил Римандо, вызывающе взглянув на всех нас, – хотелось бы знать, что именно эти боги, пара божеств, о которых я даже ни разу не слышал, сказали на наш счет. Я в них верю не больше, чем твоя подруга – в Прежний народ, и даже меньше, если такое возможно, – признался он, взглянув в сторону Моры, – но все-таки узнать хочу. Имею полное право. И Эко тоже имеет.

— Как так – в богов не веришь? Отчего же? – с опаской спросила Салика.

В ответ Римандо лишь фыркнул, и Салика умоляюще взглянула на меня.

— Вот видишь? – усмехнулся я. – Стоило призвать меня к молчанию, самой же потребовалось, чтобы я высказался.

— А я, пожалуй, не хочу ничего знать заранее, – вмешался Эко в попытке восстановить согласие за столом. – Сказано же: жертвоприношение частное. Пускай частным и остается.

— Совершенно с тобой согласен, – сказал я. – Самый интересный вопрос вовсе не в том, что я увидел в потрохах этого бычка. Наделенный воображением авгур может разглядеть в потрохах любого животного на твой выбор все что угодно, и предсказания по внутренностям жертв не сбываются, по крайней мере, в одном случае из двух… а судя по моему опыту, даже чаще.

— Так суждено ли одному из нас погибнуть? – снова спросил Римандо. – Если да, то которому?

— Нет, – ответила ему Мора. – Ничего подобного там не было.

— Далее. Отчего Римандо не верует в богов – также вопрос не самый интересный, – продолжил я. – Куда интереснее, отчего в них вообще надлежит верить. Скажи, Мора, почему Фава не верит в Прежних? Ответ может оказаться весьма поучительным.

— Потому что их больше нет. Да, что когда-то они жили здесь, она знает. То есть видела разные штуки – сам понимаешь, люди порой выкапывают из земли и говорят, будто это от них осталось. К примеру, в прошлом году один из отцовских работников колодец чистил и статуэтку небольшую на дне нашел.

— Хотелось бы взглянуть на нее.

— Сразу же после ужина покажу, – оторвавшись от тарелки, пообещал Инклито.

— Только она сказала, что их больше нет: оттого-то они и называются Прежним народом. А жили б они здесь до сих пор, мы бы все про них знали и видели бы их каждый день.

— Да, – кивнул я, – все, что видишь лишь изредка, принято относить к давнему прошлому… даже то, что в последний раз видел только вчера.