Книга Эпифания Длинного Солнца, страница 195 – Джин Родман Вулф

В окне возле самых дверей возникло крапчато-зеленое лицо.

«Только лицо, – слегка задрожав от облегчения, отметила майтера Мрамор. – Ни пулевого ружья, ни ракетомета… только лицо».

— Я пришла повидаться с сыном! С сыном! – крикнула она. – С моим сыном, Кровушкой! Передай ему: здесь его мать!

Невысокие каменные ступени вели наверх, к просторной веранде. Не успела майтера Мрамор коснуться ногой последней, парадные двери распахнулись. В дверном проеме показались солдаты вперемешку с био в посеребренных латах. («Био, вырядившиеся хемами, – рассудила она, – поскольку хемы храбрее»). За их спинами стоял еще один био – рослый, на удивление краснолицый.

— Доброго утра, Кровушка, – заговорила майтера Мрамор. – Благодарю тебя за тех белых кроликов. Да улыбнется тебе Киприда.

— А ты малость изменилась, мама, – осклабившись, заметил Кровь.

Несколькие из людей в латах захохотали.

— Да, так и есть. Когда мы сможем поговорить наедине, я все объясню.

— А мы думали, ты от лягв пришла, торговаться.

Майтера Мрамор обвела взглядом приемный зал. В искусстве она разбиралась неважно, но заподозрила, что туманный пейзаж на стене прямо перед нею – творение кисти самой Мартагон, причем не копия, подлинник.

— Главным образом да, Кровушка. Об этом нам тоже нужно поговорить. Боюсь, мы изрядно разрушили тебе стену… однако я рада видеть, что твой великолепный особняк не пострадал.

Двое солдат расступились в стороны, и Кровь шагнул ей навстречу.

— А уж как я рад, мама! Как я рад видеть, что мы с тобой целы!

— Потому и не стал стрелять? Вы ведь убили ту несчастную девушку, посланницу генерала Сабы, так отчего же пощадили меня? Хотя, возможно, спрашивать об этом не стоит…

Кровь покосился вправо.

— Тут, лохмать его, путаница какая-то. Мы по той бабенке с флагом, вырядившейся под мужика, не стреляли, и я с этим хочу разобраться прямо сейчас. Если насчет этого останутся вопросы, разговаривать без толку. Я в нее не стрелял и стрелять никому не приказывал. Никто из моих парней тоже в нее не стрелял и команды такой никому не отдавал, ясно? Готова ты сказать: Пас, мол, с ним, без претензий?

Майтера Мрамор слегка запрокинула склоненную набок голову, обозначив сим приподнятую в удивлении бровь.

— Но кто-то же выстрелил в нее из окна твоего дома, Кровушка. Я сама видела.

— Ну да, видела, и тривигантки намерены с кем-то за нее поквитаться. И, я считаю, правильно. Только мы-то с парнями тут ни при чем. Мы в нее не стреляли, и никаких препирательств на этот счет быть не может. Пока этого дела не уладим, говорить смысла нет.

Майтера Мрамор коснулась его плеча.

— Понимаю, Кровушка. Но ведь ты знаешь, кто виноват? Нам виновных укажешь?

Кровь призадумался. Апоплексически красное, лицо его побагровело сильнее прежнего.

— Если… – С этим он бросил быстрый, едва заметный взгляд в сторону одного из солдат. – Да, разумеется.

Несколько человек в латах негромко забормотали, выражая согласие.

— Что ж, для нашей стороны это приемлемо, – объявила майтера Мрамор. – Я доложу вышестоящим, генералиссимо Оозику и генералу Сабе, что ты не имеешь к убийству посланницы никакого касательства и готов свидетельствовать против виновных. Кто они?

Однако Кровь оставил ее вопрос без ответа.

— Вот и хорошо. Замечательно. Они не пойдут на штурм, пока я говорю с тобой?