Книга Эпифания Длинного Солнца, страница 350 – Джин Родман Вулф

— Помолчи, – оборвала его майтера Мята, окинув задумчивым взглядом зверей Сохатого. – Грифель, а как мы поднимем наверх этих животных?

— Я тут подумал, – отвечал Грифель, – и… вот, гляди.

Снова присев на корточки, он прыгнул в зев желоба и полез кверху.

— Но вы-то лучше останьтесь тут, не то нас с генералиссимой некому поднять будет, – посоветовал Паук Шихте со Сланцем.

— Ясное дело.

Стоило Грифелю скрыться в желобе, Шихта прислонился спиной к крылокаменной стенке.

— А зверей мы наверх подадим точно так же, как ружья. Погоди, увидишь.

Сланец пренебрежительно махнул рукой в сторону желоба.

— Грифель-то, глянь-ка: ишь, лычку выслуживает. Был у нас раньше капралом один из роты «М», да отслужил свое. Убит на днях, в большом бою с талосом. На этот раз в капралы, наверное, кого-то из своих произведут, и Грифель думает, что потянет.

— Эй, там, внизу! Завязывай с трепом, ружья сюда давай! – донесся из желоба голос Грифеля.

— Счас, счас, – проворчал Шихта и сунул в желоб связку пулевых ружей.

— Я их наплечным ремнем связал, – пояснил Сланец. – Так с ними проще управиться.

Связка ружей со скрежетом, с лязгом исчезла из виду в желобе, а Шихта, склонив запрокинутую назад голову влево, обозначил ухмылку.

— Висит там, видишь? Сержант его за ноги держит.

— Может, следующей ты пойдешь, генералиссима? – кашлянув, предложил Паук.

— С удовольствием бы, – призналась майтера Мята, – но я поднимусь последней. Как положено старшему из присутствующих офицеров.

— По-моему, тебе самой туда не допрыгнуть, – возразил Шихта.

Майтера Мята повернулась к нему.

— «По-моему, тебе самой туда не допрыгнуть, твое превосходительство». Либо «генералиссима». Выбор предоставляю тебе, рядовой, хотя могла бы и не позволять таких вольностей.

— Слушаюсь, твое превосходительство! Только, по-моему, твое превосходительство сама туда не допрыгнет, а я с радостью останусь здесь и окажу твоему превосходительству помощь!

— В этом надобности не возникнет, – отрезала майтера Мята и повернулась ко второму солдату. – Рядовой Сланец?

Сланец, лязгнув пятками, вытянулся в струнку.

— Я, твое превосходительство!

— Ремнем ты распорядился крайне изобретательно. После того как вы с рядовым Шихтой переправите наверх этих зверей и поможете Пауку с Зубром и тем, еще одним заключенным…

— Сохатым, – подсказал Сохатый, впервые подав голос с тех пор, как все они свернули в самый темный из коридоров.

— Благодарю тебя… да, и с Сохатым одолеть подъем, свяжи ремни от пулевых ружей в длину, а на нижнем конце сделай петлю, в которую можно упереться ногой. Справишься?

— Ясное дело, твое превосходительство.

— Прекрасно. Так и поступим, и тогда вы сможете меня поднять. Последней.

— Тогда тебе, как ни крути, придется пробыть здесь совсем одной минуту, а то и больше, – рискнул предостеречь ее Паук.

— Эти… – Осекшись, майтера Мята неудержимо закашлялась. – Эти животные. Не знаю, как называются.

— Бульки, – подсказал Сохатый.

Майтера Мята, отвернувшись, сплюнула под ноги.

— Благодарю тебя. Называть их богами я отказываюсь наотрез. С этим необходимо покончить. Возможно, сюда явятся еще несколько булек, хотя я всем сердцем надеюсь, что этого не произойдет. Молюсь, чтоб не произошло. Явятся – я перестреляю их, но, не заметив их вовремя, либо дав промах, погибну.