Книга Город потерянных душ, страница 103 – Кассандра Клэр

Будто прочитав его мысли, она собрала волосы, перекинула через плечо, обнажив шею.

— Ты не хочешь?

Он поймал ее за запястье.

— Изабель, не надо! Я не могу себя контролировать, не могу этим управлять. Я боюсь тебя ранить или убить!

Ее глаза блеснули.

— Ты этого не сделаешь. Ты умеешь сдерживаться. С Джейсом ведь сдержался.

— Джейс меня не привлекает.

— Что, даже немножко? – с надеждой спросила она. – Ни капельки? Потому это было бы горячо… Ладно, не важно. Но слушай, нравится он тебе или нет, ты укусил его, когда умирал от голода, и все равно сдержался.

— Но не с Морин. Джордану пришлось меня оттаскивать.

— Ты смог бы. – Изабель прижала палец к его губам, провела ниже, по горлу, по груди и остановилась там, где когда-то билось сердце. – Я тебе доверяю.

— Наверное, не стоит.

— Я Сумеречная охотница. Если нужно будет, я отобьюсь.

— Джейс не смог.

— Джейсу нравится сама идея смерти. А мне нет. – Изабель, удивительно гибкая, обхватила его бедра ногами, придвинулась, скользнула губами по его губам. Ему так хотелось поцеловать ее, что все тело заныло. Он осторожно приоткрыл рот, коснулся ее языка своим и вдруг почувствовал острую боль – острие клыка оцарапал его. Ощутив вкус собственной крови, Саймон резко отвернулся.

— Изабель, я не могу. – Он закрыл глаза. Она была такой теплой и мягкой, соблазнительной, мучительной. Клыки ужасно ныли, все тело крутило, будто по венам протянули провода. – Я не хочу, чтобы ты видела меня таким.

— Саймон. – Она нежно коснулась его щеки, заставила повернуться. – Но это тоже ты…

Его клыки медленно втянулись обратно, но болеть не перестали. Он закрыл лицо руками.

— Ты не можешь этого хотеть, – пробормотал он. – Ты не можешь хотеть меня. Собственная мать выкинула меня из дома. Я укусил Морин – а она же просто ребенок. То есть… посмотри на меня, посмотри, во что я превратился, где я живу, чем занимаюсь. Я ничтожество.

Изабель осторожно погладила его по волосам. Он глянул на нее сквозь пальцы. Вблизи ее глаза больше не казались черными – они были карие, с золотыми крапинками. И смотрели с жалостью. Он не знал, каких слов ждет от нее. Изабель использовала парней и выбрасывала их. Изабель была красивой, жесткой, идеальной, ей никто не был нужен. Особенно вампир, который даже в этом не состоялся.

Он чувствовал ее дыхание и сладкий запах – кровь, смертная хрупкость, гортензии.

— Ты не ничтожество, – сказала она. – Саймон, пожалуйста, дай я на тебя посмотрю.

Саймон нехотя опустил руки и увидел ее яснее. В лунном свете она выглядела мягкой, милой. Ее кожа – фарфорово-бледная, волосы как черный водопад.

— Вот. – Она коснулась белых шрамов заживших меток, покрывавших ее серебристую кожу на горле, на руках, на изгибах грудей. – Уродливые, правда?

— В тебе нет ничего уродливого, Иззи, – честно признался потрясенный Саймон.

— Девушки не должны быть покрыты шрамами, – сказала Изабель, будто объясняла непреложную истину. – Но тебя же это не волнует.

— Они часть тебя… Нет, конечно, не волнует.

Она коснулась его губ.

— Ты вампир, и это тоже часть тебя. Я попросила тебя прийти прошлой ночью не потому, что мне больше некого попросить. Я хочу быть с тобой, Саймон. Это меня ужасно пугает. Но я хочу.

Ее глаза странно блестели, но Саймон даже не успел подумать, слезы ли это, потому что уже потянулся ее поцеловать. В этот раз никакой неловкости не было. В этот раз она прижалась к нему, оказалась сверху. Ее длинные черные волосы накрыли их, будто занавес, она что-то нашептывала, пока он гладил ее спину. Саймон чувствовал кончиками пальцев ее шрамы и хотел сказать ей, что для него они как прекрасные узоры, доказательства ее храбрости, которые делали ее только красивее. Но для этого надо было перестать целовать ее, а он не хотел. Изабель стонала в его руках, двигалась. Ее пальцы вплелись в его волосы, и Саймон подмял ее под себя, такую мягкую, теплую, чувствуя ее вкус, запах ее кожи, соли, духов и… крови.