Книга Адмирал Империи – 61, страница 45 – Дмитрий Коровников

Она снова активировала связь с псевдо-Щецином.

— Алекс, ты видишь трансляцию?

— Подтверждаю, госпожа вице-адмирал. Обращение первого министра транслируется на всех основных голографических экранах столицы. Также идёт по большинству новостных каналов. Судя по метаданным, запись была сделана не более тридцати минут назад.

— Значит, он всё ещё в городе.

— С высокой степенью вероятности — да. Качество изображения и отсутствие характерных артефактов пространственной связи указывают на локальную передачу.

— Адмиралтейство, — Хромцова кивнула сама себе. — Он в Адмиралтействе. Или рядом с ним.

Она повернулась к Ермолову:

— Капитан, поднимайте людей. Мы летим.

— Куда, госпожа вице-адмирал?

— На другой конец этого бесконечного города. К зданию Адмиралтейства ВКС. — Она бросила последний взгляд на голографический лик Птолемея Грауса. — Наш беглый первый министр решил устроить очередной митинг. Было бы невежливо к нему не присоединиться…

Часть её людей осталась у Сената — охранять здание и следить за тем, чтобы разогнанные сенаторы не вздумали вернуться и снова что-нибудь эдакое выкинуть. Шесть шаттлов — с почти полутора сотнями бойцов на борту — оторвались от площади и взмыли в вечернее небо, оставляя за собой вихри пыли и мелкого мусора.

Агриппина Ивановна сидела в кресле второго пилота головной машины, прислонившись головой к стеклу. Сзади в десантном отсеке — два десятка штурмовиков в полной боевой экипировке, в тускло поблёскивающей в приглушённом свете аварийных ламп броне. Лица за забралами шлемов были сосредоточены и спокойны — лица людей, для которых бой был такой же рутиной, как для обычного человека — утренний кофе.

Шаттл накренился, закладывая вираж над одним из центральных проспектов, и Хромцова невольно схватилась за поручень кресла. Сквозь иллюминатор она видела, как мимо проплывают небоскрёбы Москва-сити — бесконечные ряды стеклянных башен, облитых золотом заходящего солнца. И на каждой башне, на каждом рекламном экране, на каждом информационном табло — мозолило глаза всё то же лицо.

Этот чертов Птолемей Граус смотрел на неё отовсюду.

Его изображение множилось, повторялось, заполняло собой городское пространство. Он говорил — всё те же слова, всё тот же призыв к сопротивлению — и его голос, усиленный тысячами динамиков, наверняка разносился сейчас над всей столицей, проникая в каждый дом, в каждый аэрокар, в каждое общественное место.

«Приходите к Адмиралтейству! Покажем узурпаторам, что народ не так-то просто запугать!»

Агриппина Ивановна отвернулась от иллюминатора и снова активировала связь.

— Алекс, что по общей обстановке?

Голос псевдо-Щецина зазвучал с характерным металлическим оттенком, который усиливался при передаче через криптованные каналы:

— Фиксирую значительное перемещение гражданских транспортных средств в направлении Адмиралтейства. По моим оценкам, несколько тысяч аэрокаров уже находятся в пути или приближаются к району назначения.

— Несколько тысяч?

— Подтверждаю. Многие из них, судя по идентификационным номерам — те же машины, которые покинули площадь перед Сенатом после вашего… выступления. Очевидно, сторонники первого министра перенаправляются к новой точке сбора.

Хромцова стиснула зубы. Значит, неугомонная толпа сторонников прежней власти, которую она только что разогнала, не рассеялась по домам, как она надеялась. Они просто переместились — как вода, которую выплеснули из одного сосуда в другой. Вода не исчезает. Она находит новое вместилище.