Книга Край миров, страница 87 – Марта Уэллс

— Как там… Они… – попытался спросить Сумрак.

— Все идет хорошо, – заверила Флора. – Много лучше, чем раньше.

Уголек провел гостя вниз по лестнице и коридору, и они с Сумраком, по мнению Уголька, очень корректно и благопристойно вступили в зал королев. Угольку нравился Лун, даже вызывал восхищение, но по этой части Лун был не особо силен. Он появлялся на официальных встречах либо с видом пленника, которого тащат против воли, либо так, будто собрался кого-то убить.

Жемчужина и Малахита сидели напротив друг друга в окружении нескольких воинов и пили чай из лучшего синего сервиза двора. Рядом с Малахитой разместилась наставница Лоза, а с Жемчужиной – Душа и Крестец, которых кто-то догадался позвать. Присутствие арборов в любом случае действовало успокаивающе, а Крестец, не любивший конфликты, как и Жемчужина, еще и прекрасно умел их сглаживать.

Когда Уголек и Сумрак заняли свои места на приготовленных для них подушках и всех подобающе представили, Уголек получил возможность присмотреться к Малахите.

Она была крупнее Жемчужины и явно более сильной, а ее темно-зеленая чешуя выглядела почти черной. По чешуйкам бежал светло-серый узор – очевидно, остатки второго ее цвета, а украшали ее только серебряные и хрустальные чехлы на когтях. Угольку она показалась похожей на очень изящную керамическую чашу, разбитую и починенную, с залитыми для прочности серебром трещинами.

Продолжая разговор, Жемчужина сказала Малахите:

— Разумнее остаться на ночь. Скоро сумерки, и вам все равно придется разбивать лагерь.

— Пожалуй, ты права, – произнесла Малахита с непроницаемым видом, как у королевы, вырезанной на стене над головой у Жемчужины.

В самом деле, нелепо отправляться в дальнюю дорогу, когда есть возможность остаться, отдохнуть и позавтракать. Малахита с Жемчужиной это знали, они просто исполняли сложный танец этикета и уважения.

Малахита шевельнула одним шипом. Явно не жест раздражения, но Уголек не разгадал его значения. Он замечал, что Душа и некоторые воины не могли сдержать тревожных подергиваний. Уголек их понимал: ведь Малахита – самая устрашающая королева, какую он когда-либо видел, а вблизи тем более. Он легко мог представить ее королевой-матерью Луна.

— И это даст мне возможность увидеть новый королевский выводок, – добавила Малахита.

Чуть склонив голову набок, Жемчужина явно попыталась придумать причину отклонить или отложить эту совершенно уместную просьбу. Уголек вздохнул: может, это был не столько танец, сколько сражение.

— Конечно, – наконец с явной неохотой согласилась Жемчужина.

— Вы планируете присоединиться к обитателям Золотых островов? – вмешался Крестец. – Ниран и Диара – потомки Делина, и, думаю, они с радостью примут вас на борт.

Малахита обратила на него взгляд. Кто-то другой мог бы оробеть от такого пристального внимания, но Крестец выдержал не шелохнувшись. Невозможно было сказать, известно ли Малахите об эффекте, который она оказывает.

— Это лучшее решение, – отозвалась она. – На той карте показан маршрут от острова к острову, предположительно выбранный сквернами, но напрямую выйдет быстрее.

Уголек с испугом посмотрел на Сумрака. Фраза «выбранный сквернами» напоминала о том, каким опасным может оказаться путешествие.

— Ты, конечно, не летишь. Вернешься в свой двор? Или можешь остаться здесь до возвращения Малахиты.