Книга Пучина Сирены, страница 157 – Марта Уэллс

Лун зарычал и поднял голову. Кетель уронил их на одну из открытых палуб авентерского корабля. Огромный пузырь, наполненный воздухом, висел над ними, а сбоку возвышалась скругленная стена рубки. На Луна и воина смотрели двое авентерцев. Оба были в вязаных одеждах, поверх которых были накинуты кожаные пальто, защищавшие их от ветра. А еще оба были вооружены небольшими огнестрельными трубками. Смрад Сквернов лип к деревянной палубе. Лун обнажил клыки.

Один авентерец вздрогнул и поднял оружие. Другой перехватил трубку и оттолкнул ее в сторону.

— Не надо, они ранены, – сказал он по-кедайски. Лишь в этот миг Лун узнал в нем Хаврама.

Дерзкий свернулся калачиком, уткнулся лицом Луну в грудь, и тот прижал его к себе. Чувствуя, что воин умирает, он прохрипел:

— Зачем вы это сделали? Мы же пытались вам помочь.

Второй земной обитатель уставился на него так, словно не думал, что Лун умеет говорить. Хаврам ответил:

— У нас не было выбора.

Чьи-то шаги сотрясли деревянную палубу, и через миг Лун почуял запах владыки. Дерзкий всхлипнул и сильнее прижался к Луну.

Владыка в земном облике вышел на палубу и посмотрел на них сверху вниз. Отчасти он был похож на Ивадея – высокий и худой, с кожей, как белейший мрамор, и с темными длинными волосами, которые развевались на ветру. Но, когда Лун увидел его, у него перехватило дыхание. Этот владыка был настолько же стар и могуч, насколько Ивадей был молод и глуп. Лун никогда не встречал его прежде и немного порадовался тому, что этот Скверн не имел никакого отношения к тем, с которыми он столкнулся в логове Ранеи.

Скверны всегда говорили с жертвами на их языке, так что владыка заговорил на языке раксура:

— Ты ранен?

Лун прошипел:

— А ты сам не видишь?

Владыка, склонив голову набок, посмотрел на земных обитателей и сказал по-кедайски:

— Вы им навредили.

Второй земной обитатель ответил:

— Они почти сбежали. Мне пришлось выстрелить.

Хаврам прибавил:

— Они ваши, как вы и хотели. Забирайте и уходите.

Владыка перевоплотился. Скверны менялись не так, как раксура, – их тело словно становилось жидким и перетекало в новую форму. В крылатом облике владыка был крупнее Ивадея, с пышным костяным гребнем. Он сказал:

— Мы уйдем.

Когтистая рука взметнулась вверх и отсекла Хавраму голову, затем владыка вышиб оружие из руки второго мужчины, схватил его за ворот одежды и швырнул за борт. За спиной Луна, в рубке, раздались вопли, после чего они так же неожиданно стихли. Владыка стряхнул с когтей кровь и сказал Луну:

— Эти создания на вкус как падаль. Нам они ни к чему.

Кетель снова опустил руку и подхватил Луна и Дерзкого с палубы. Лун закричал бы, будь у него время сделать вдох, но уже через секунду он понял, что кетель не пытается их раздавить. Он куда-то их нес. Его рука сотрясалась от каждого взмаха могучих крыльев.

Державшая их ладонь закрывала почти весь свет, и лишь несколько лучей просачивались промеж когтистых пальцев кетеля. Вместе со светом внутрь проникал свежий воздух – совсем немного, но его хватало, чтобы Лун и Дерзкий не задохнулись от жары и вони, которые исходили от руки Скверна. Сеть впивалась в спину и плечи Луна и, наверное, давила Дерзкому на раны. Лун прошептал:

— Все хорошо, ты только держись, – а затем почувствовал, как Дерзкий испустил дух.