Книга Пучина Сирены, страница 40 – Марта Уэллс

Зря она это спросила. «Ты – моя семья», – хотелось ответить Луну. Но это, похоже, уже было не так.

— Нет.

Она посмотрела на него и нахмурилась еще сильнее.

— Почему нет?

Лун прикрыл глаза и через силу подавил свой гнев, чтобы не ляпнуть чего-нибудь со зла. Было лучше, когда он считал, что его семья погибла, что он – последний отпрыск уничтоженного двора. Но теперь он узнал горькую правду.

— Скорбь несла на себе четверых маленьких арборов и одного птенца. Как думаешь, она далеко улетела от колонии?

Нефрита не ответила. Лун открыл глаза и увидел сомнение, промелькнувшее на ее лице. Она сказала:

— Нет, не далеко.

— Они могли отправиться на поиски. Они могли найти нас. Скорбь именно этого и ждала. Она несколько циклов ждала, что нас найдут.

— Возможно, они решили, что все погибли. Возможно, они опустили руки.

— Ни ты, ни Жемчужина не опустили руки. – Когда Скверны захватили старую колонию Тумана Индиго и взяли в плен большую часть двора, Нефрита и Жемчужина твердо решили, что освободят всех или погибнут вместе с ними.

— У нас с Жемчужиной не было родного двора, куда мы могли бы вернуться. – Нефрита с шипением выдохнула и отвела взгляд. – Ты не узнаешь, что тогда случилось, если сам у них не спросишь.

— Ты хочешь, чтобы я ушел. – Он почти озвучил то, что думал на самом деле, ту мысль, которая причиняла ему самую большую боль. Нефрита говорила, что все еще хочет завести выводок, и он ей поверил. Если бы она уже вынашивала его птенцов, то Луна бы никуда не отпустили. Но молодая королева наверняка поняла, что проблема в нем, что он ничего не может дать Туману Индиго и их будущему. Изгнать его из колонии или даже из собственной постели Нефрита не могла, ведь он помог двору вернуть семя, да и она многое ему обещала. Но теперь она могла с чистой совестью отправить его восвояси.

Ему бы стало немного легче, если бы Нефрита честно во всем созналась. Совсем немного.

Но она, словно рассерженная его глупостью, рыкнула:

— Конечно же нет. Королевы не отказываются от своих консортов.

— Королева Тумана от него отказалась. Иначе вы бы не появились на свет.

— Ты знаешь один-единственный сюжет из нашей истории и уже во второй раз тычешь мне им в лицо. – От гнева голос Нефриты снова стал жестче. – Я же говорю, что полечу следом за тобой и заставлю их тебя вернуть. Я не улечу из Опаловой Ночи без тебя.

— Следом?

Нефрита стиснула зубы.

— Буря категорически против того, чтобы мы летели вместе. Она считает, что так мы только сильнее разозлим Опаловую Ночь. Но я задержусь лишь на день.

Луну до боли хотелось ей поверить. Но он не мог. Доверия у него не осталось ни для кого.

— Ты несколько дней лгала мне. С чего мне верить тебе теперь?

Нефрита вмиг пересекла разделявшее их расстояние и схватила его за плечи. Ее когти пронзили шелковистую ткань и вонзились в его кожу, а ее лицо исказили обида и ярость.

— Ты хочешь, чтобы я сделала тебе больно? Хочешь возненавидеть меня? Тебе станет от этого легче?

Лун не дрогнул.

— Что бы ты ни сделала, легче мне уже не станет.

Он сказал ей правду, чистую и искреннюю, и его слова ошеломили Нефриту. Она отпустила его, отошла и уставилась в пол, словно надеясь прочесть на нем все ответы. Помолчав минуту, она тихо произнесла:

— Я обещаю: не пройдет и месяца, как ты вернешься сюда и снова станешь первым консортом.