Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7, страница 156 – Джин Соул

Ху Вэй старательно изобразил тибетскую лису, но пронять Ху Фэйциня кислой мордой не смог.

Недопёсок, видя, что казнить его никто не собирается, воспрянул духом и объявил, что возвращается на Небеса.

— Здесь я сделал всё что мог, – важно сказал он напоследок.

— Это уж точно, – протянул Ху Вэй, но и он не мог не признать, что Недопёсок сыграл свою роль: без него сидеть бы им в карте ещё один хорь знает сколько лет!

Недопёсок залез в духовную сферу и укатил. Ху Вэй, озорничая, заливисто посвистел ему вслед, распугав живность на три чжана вокруг. Ху Фэйцинь неодобрительно покачал головой: что за ребячество! Взрослый же лис, а ведёт себя ничуть не лучше Недопёска.

— Не всем же быть такими занудами, как ты, – нахально сказал на это Ху Вэй, и тем разговор и закончился.

— Лучше бегом, – заметил Ху Фэйцинь, – не помешает лапы размять.

— Ты ещё не набегался, когда ловил ту треклятую старуху? – усмехнулся Ху Вэй.

Они поспорили немного, каким способом им добраться до места общего сбора – до дворца императора царства Вэнь. Ху Вэй считал, что нужно воспользоваться разломом миров или силами Тьмы, раз уж она способна открывать порталы куда угодно. Ху Фэйцинь же, наоборот, считал, что добираться нужно собственными силами: было у него предчувствие, что сделать следует именно так. Бай Э в споре не участвовал, предпочитая подрёмывать: ему-то какая разница, куда Ху Фэйцинь – туда и он.

— Так Владыка миров сказал, – напомнил Ху Фэйцинь.

— Сивый хорь надвое сказал, – сейчас же парировал Ху Вэй.

Ху Фэйцинь помолчал немного, обдумывая это утверждение, – и поинтересовался:

— Слушай, Ху Вэй, давно собирался спросить… Что это за сивый хорь такой? Лисы его нет-нет да помянут.

— А-а-а… – пространно отозвался Ху Вэй. – Так ты не слышал легенду о Сивом Хоре?

— Откуда бы я её слышал, если не родился лисом?

— Какой пробел в лисьем образовании! – деланно закатил глаза Ху Вэй. – Ругаешься и даже не знаешь, кого поминаешь недобрым словом!

— Я не ругаюсь, – возмущённо возразил Ху Фэйцинь.

— Я и говорю, – кивнул Ху Вэй, – пробел в лисьем образовании. Любая порядочная лиса умеет ругаться.

— Просто расскажи мне эту легенду, – потребовал Ху Фэйцинь, не желая выслушивать ехидные замечания Ху Вэя по поводу его лисьей необразованности.

И Ху Вэй рассказал.

В древние времена мир населяли первопредки. У каждого из живущих ныне существ был свой первопредок: и у людей, и у зверей, и у птиц, и даже у травы. Был среди них и лисопредок – Прародитель Лис, его ещё называли Великим Лисом. У хорьков тоже был первопредок – Сивый Хорь, которого называли так, потому что у него была не ореховая, а светлая шкурка, и он ею очень гордился. Первопредка людей кликали Пращуром. И у каждого из других первопредков тоже были свои имена.

Первопредки правили своими родами: Великий Лис – лисами, Сивый Хорь – хорьками, а Пращур – первыми людьми и всякой домашней живностью.

У Пращура было большое подворье, он разводил кур и каждый день лакомился вкусными яйцами.

Великому Лису тоже нравились свежие яйца, поэтому он иногда воровал яйца из курятника, но поскольку он никогда не брал больше, чем мог съесть, то Пращур делал вид, что не замечает пропажи яиц.

Сивый Хорь тоже любил куриные яйца, но когда воровал уже он, то нередко ронял и разбивал их или давил лапами соседние – в общем, пакостил. Рассерженный Пращур изловил его и, держа за хвост, побил палкой. Поэтому у хорьков такое длинное и гибкое тело: Сивый Хорь во время экзекуции изворачивался, потому что палка была крепкая и дралась больно.