Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 4, страница 61 – Джин Соул

С первого взгляда становилось понятно, что строили нору лисы обстоятельные: своды укреплены, входов и выходов – по одному на каждую сторону света, кладовок и спален – не меньше дюжины, а ещё тупиковые тоннели-ловушки для непрошеных гостей.

«Теперь ясно, – подумал Ху Вэй, – почему Недопёсок так мастерски подкапывается. Потомственный лис-подкопай».

Ху Вэй несколько увлёкся исследованием норы и был удивлён, что духи-грызуны его дождались, а не сбежали. Видно, он так хорошо застращал их, что они попросту не осмелились.

По словам духов-грызунов, злая лисица устроила себе логово в скалах у ручья, в самом центре леса. Прежде там жили пандовые духи, но Яоху извела их сразу же после расправы над местными лисами. Вероятно, скалы всё ещё стоят, а вот ручей давно пересох, потому что злая лисица убила водных духов и высосала из воды всю Ци.

— А что будет, когда она высосет энергию этой земли досуха? – пробормотал Ху Вэй и сам себе ответил: – Отправится осваивать новые территории.

Земля, насколько он мог судить, уже истощена и держится лишь силами подземных источников Ци. Когда иссякнут и они, Яоху уйдёт из этих мест, чтобы устроиться где-нибудь ещё, и так будет продолжаться, пока весь мир смертных не станет безжизненным пустырём.

Вот этого Ху Вэй в захватчиках, подобных Яоху, не понимал. Он слышал от хэшана легенды о клане кровососущих демонов, Дао которых гласило: «Мы высосем кровь из всех живущих и населим мир смертных себе подобными». Ху Вэй тогда расхохотался и сказал, что больших идиотов в жизни не видывал. Полное уничтожение жизни означает и уничтожение перспектив на собственное существование: когда не из кого будет высасывать жизнь, разве не придёт конец жизни собственной?

— На то и нужны умные люди, – сказал тогда хэшан, – или звери, или духи, или боги, чтобы пресекать на корню подобные безумства.

Ху Вэй тогда не воспринял его слова всерьёз, но теперь, вспоминая об этом, подумал, что хэшан очень мудр, несмотря на вековечное пьянство и бродяжничество.

Чем дальше они углублялись в лес, тем удручающее становился вид. Духи-грызуны вдруг остановились, вытянули вперёд руки и указали нужное направление.

— Что это значит? – недовольно спросил Ху Вэй.

— Мы дальше не пойдём, – сказал дух-полёвка.

— Десять тысяч шагов, – напомнил дух-крыса.

— А… – презрительно протянул Ху Вэй. Он уже успел забыть об уговоре.

Конечно, можно было бы попробовать снова их застращать, но, глядя на их перепуганные физиономии, Ху Вэй понял, что никакие угрозы не заставят духов-грызунов сдвинуться с места. Слишком силён был их страх перед злой лисицей, и даже перспектива распрощаться с хвостами не так их устрашала, как это.

Ху Вэй сжалился над ними и сказал, что отпускает их. Духи-грызуны приняли истинное обличье и ретировались с небывалой для мелюзги поспешностью.

Ху Вэй пошёл дальше сам. Аура Яоху ощущалась всё явственнее, он бы не заблудился, даже если бы шёл с закрытыми глазами. Земля здесь была особенно истощена.

Скалы над пересохшим ручьём казались угрюмыми и были исполосованы глубокими царапинами. Видимо, Яоху точила об них когти. Кости её жертв, клочки шерсти и лисий помёт были раскиданы вокруг скал, превращая русло ручья в зловонную помойку, такую вонючую и смердящую, что слезились глаза. Ху Вэй наморщил нос и постарался дышать как можно реже.