Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 4, страница 65 – Джин Соул

У дальней стены, на трёхступенчатом постаменте, стоял малый трон Небесного императора. Он был из чистого золота, разумеется, и если бы не были набросаны на сиденье подушки, то сидеть на нём было бы настоящим мучением!

Чуть правее, тоже на постаменте, стоял рабочий стол Небесного императора, где ему полагалось заниматься государственными делами. Стол был массивный, с широкой столешницей из драгоценных пород дерева. По правую руку лежали кисти для письма и небесные печати (для накладывания резолюций), по левую – книги Небесного Дао, ощетинившиеся закладками из высушенных бамбуковых листьев.

У дверей малого тронного зала, по ту и по эту сторону, Ли Цзэ, являвшийся начальником личной охраны Небесного императора, расставил солдат, лично им отобранных, для защиты и сопровождения высочайшей особы. Сам он стоял в одной из стенных ниш и поскольку почти не двигался, то незнающие могли бы принять его за статую-оберег.

Помимо солдат в малом тронном зале были и небесные чиновники, Первый советник и Второй советник.

Первый советник – тощий долговязый старик с длинной седой бородой и неприятным лицом, на котором поселилось вечное выражение недовольства по поводу, скажем, изжоги в желудке, с костлявыми руками, похожими на паучьи лапы, – настоящая мумия, разодетая в шёлковые одежды.

Второй советник, немногим полнее Первого, но в два раза ниже ростом, без бороды, но с длиннющими усами, похожими на вожжи, с вечно кислой миной на лице, будто только и делает, что ест лимоны без сахара.

Наследие прошлого Небесного императора, прочно обосновавшиеся у рабочего стола и не желающие сдавать позиции, вечно препирающиеся друг с другом, закатывающие глаза по малейшему поводу и нудящие, как утренний комар над ухом, небесные советники ни на минуту не оставляли Небесного императора в покое, подсовывая ему то один свиток, то другой на резолюцию.

Небесный император, облачённый в роскошные золотые одеяния, придерживая край правого рукава, водил кистью по разложенному на столе свитку очередного эдикта. Он был медлителен, но на то, что придворные небожители принимали за степенность и величавость, были совсем другие причины. Императорское одеяние, многослойное, тяжёлое, украшенное золотом и драгоценными камнями, препятствовало живости движений и грозило неповоротливостью любому, кого в него облачили.

Подписывая эдикты или предаваясь чтению, Небесный император никогда ни наклонялся вперёд, ни откидывался на спинку стула – сидел прямой как стрела, «соблюдая осанку», как считали придворные небожители, но опять-таки домыслы были далеки от истины. Причиной тому была императорская корона – Мянь^[4], или Тиара Небес, венчавшая голову Небесного императора.

Тиара была из чистого золота, двенадцать подвесок спереди и столько же сзади. Каждая подвеска состояла из двенадцати нефритовых бусин, нанизанных на пятицветные шёлковые шнуры. Даже лёгкого наклона головы было достаточно, чтобы бусины подвесок столкнулись, но к этому ещё можно было привыкнуть: издаваемый бусинами звук был негромок и мелодичен.

Стоило бы составить ещё один небесный эдикт, обязывающий срезать все подвески с Тиары Небес! Или хотя бы подвески спереди, те особенно мешали: если наклониться вперёд, они маячили перед глазами, мешая смотреть, или читать, или писать; если наклониться назад, то подвески ударяли по лицу и иногда попадали по глазам, а это было очень больно – бусины ведь из нефрита.